Рей просил ему верить, свалить на него все проблемы и может, так мне и стоит поступить?

Странное чувство, я целый год тянула все на себе, и теперь, когда кто-то вдруг хочет помочь, забрать мою ношу, даже и не знаю, как реагировать. Радоваться ли, или же сомневаться, злиться…Могу сказать, что ни одно из этих чувств не подходит.

Меня никто не заставлял помогать и заботиться о ребятах и даже компании. Делала, все, что хотела и несмотря на трудности, было интересно. Взвалив на себя груз ответственности за других людей, мне проще стало принять то, что попала в новый мир и тело. Времени задуматься и как следует предаться грусти не было.

Сейчас все это уже в прошлом, но я ни о чем не жалею. Никаких сожалений не испытываю. И даже рада, что после смерти оказалась здесь, на Валмире, и смогла переломить ход судьбы.

Джаред, Фелисия, Эдвард, Сабрина…Рейнард и Шарлотта, и даже Жозефина все они тоже уже далеко не те, какими их запечатлели страницы книги. Неловко говорить, что это все только благодаря мне, но видимо, свою лепту я привнесла, раз уж все так переменилось.

Отойти и не мешать, быть в безопасности, как просит герцог, стать его драгоценным сокровищем, которое он уберет на высокую полку, я не могу. Элементарно из-за того, что характер у меня такой — не любить проблемы, но и скучать, когда их нет. Абсурдная логика, но такая, какая есть.

«»

— Нет, исключено, — Рейнард мотает головой.

Я ухмыляюсь. Ну еще бы, он прекрасно помнит содержимое писем Мелвина и очень не рад, что я вдруг хочу с ним встретиться. Что ж, пусть скажет спасибо, что я вообще ему сказала. Это уже огромный прогресс, ибо я привыкла поступать так, как считаю нужным, и никто еще не смог меня переубедить в обратном.

— Я не спрашиваю разрешения, Рей. Я просто ставлю тебя в известность.

Герцог недовольно хмурится.

— Юнис, как я должен реагировать, когда ты вдруг заявляешь, что хочешь встретиться с мужчиной, который, ни для кого не секрет, питает к тебе особые чувства?

Мне почему-то очень становится весело. В понимании герцога мы уже пара. Женаты, испытываем друг к другу симпатию, значит, заявлять свои права друг на друга, это абсолютно нормальное явление. Люди этого мира думают несколько иначе, в каком-то смысле проще, чем на Земле.

Только вот я пока что ни на что не соглашалась.

— Ты мне не веришь?

Мужчина прямо смотрит мне в глаза. В них бушует золотое море, полное невысказанного чувства.

— Тебе я верю. Я не верю ему.

Логично.

— Вряд ли Мелвин будет в восторге, если вместе со мной на встречу придешь еще и ты, — замечаю я ненароком и отправляю в рот маленькое пирожное.

Герцог сжимает и разжимает пальцы в кулаки. Одним поцелуем он меня в свои сети еще не поймал.

Приятно, если честно, когда кто-то из-за тебя сходит с ума.