Все же Рейнард был мужчиной, о котором я когда-то мечтала, перелистывая страницы. Но такая концовка обречена, судьба идет своей дорогой.

Ставлю чайник на плиту, и пока он медленно закипает, в заварник бросаю сушеные цветы ромашки.

— Кто здесь? — скрип половицы пугает ужасно.

Я уже успела вспомнить все самые страшные сцены из фильмов ужасов, которые видела в прошлой жизни.

— Прости! Это я.

Этот я — это Рейнард."

"С того места, где я стою, хорошо просматривается вход в помещение. И за то время, что я тут вожусь, никто не заходил.

Из темного угла выходит его светлость мой законный супруг.

Он возле окна сидел что ли, в старом кресле пожилой кухарки Марты? А я думала, что одна. Раньше меня здесь оказался и что, все это время размышлял, продолжать ли ему сидеть тихо или выйти на свет?

— Что вы здесь делаете?

Прижимаю к колотящемуся в груди сердцу руку. Постепенно испуг сходит на нет.

— Посуду после ужина решил занести да так и остался. Тот слуга, что доставил мне еду в спальню, видимо, побоялся за ней возвращаться, я его немного испугал. Ненамеренно, — извиняющийся тон Рейнарда вполне искренен.

Я опираюсь спиной о кухонный шкаф, герцог так и стоит возле кресла, в котором сидел.

Между нами, стол с тусклым светильником и не меньше трех метров по диагонали расстояние. В окошко за спиной мужчины стучатся крупные капли. Наверное, все розы в саду опадут после такой непогоды. Чайник начинает характерно шуметь, но воды я набрала прилично, поэтому ждать еще долго.

— Понятно…

Не знаю, что и сказать, жую губу.

— А! — вспоминаю. — Дать вам кусок мяса замороженного или что-то другое, из холодильного шкафа?

Удивленная реакция следует незамедлительно:

— Зачем?

— Ну как, вас же ударили, по лицу…

На мой вопрос так и нет ответа.

Я затихаю. Ну вот, так можно было бы дождаться в тишине еще большей неловкости, и герцог бы ушел, а теперь косвенно поднимается тема, которая и послужила причиной такой реакции Джареда.

— Ох, это…

Его светлость неловко трет рукой шею.

Что ж, новых обвинений в измене больше не сыплется на мою голову, уже прогресс.

— Я ни у кого утешения не искала. Говорю, чтобы вы знали. Все ваши подозрения ошибочны, верьте или нет, как угодно. Не буду врать, возможности были, но нет. Я вас ждала.

Говорю и кусаю себя за язык.

— Ждала?

Плохо вижу в полумраке лицо Рейнарда, но как будто он улыбается. Должно быть, игра света и тени.

— Да, — сейчас главное не показать смущения. — Знаете, сколько дел у герцогини, чей му…герцог пропал без вести? Вы вернулись, хвала богам, теперь я вздохну с облегчением.

Чуть не сказала слово «муж» вслух! Пусть мы и женаты, у нас не такие отношения. Хотя Рейнард меня и назвал женой, но это было в порыве гнева.

— Даже так?

Пожимаю плечами. Пусть что хочет, то и думает.