Одна только кровать занимает две трети спальни. И если сделать шаг, то мы с девчонкой будем очень близко. Опасно близко. Можем не разойтись…

— Спокойной ночи? — говорит она неуверенно и, бросив взгляд на двуспальную кровать, заливается румянцем.

— Да, — соглашаюсь. — Отдохни. Дверь изнутри закрой. Если хочешь… — добавляю, засовывая руки в передние карманы, чтобы…

Да, пожалуйста, чтобы я знал, что она закрыта! И не позорился!

Разворачиваюсь и быстро ухожу.

Там, на втором этаже меня ждёт сексуальный пир, но я не спешу. Возвращаюсь на кухню, медитируя на разорванное платье своей гостьи, выпиваю ещё виски, и только после этого поднимаюсь в спальню.

Вопреки моим ожиданиям, Вика ещё не спит. Сидит на кровати и что-то листает в телефоне.

— Уложил свою «шахидку»? — хмыкает, не отрывая глаз от экрана.

Игнорируя хамский вопрос, скидываю вещи и ухожу в ванну. Устраиваю себе ледяные тропики, чтобы остудить голодное тело, но помогает слабо. Злой и совершенно растерянный от непринятия ситуации обматываюсь полотенцем и выхожу в комнату.

— Посмотри… — подзывает меня к себе Вика. — Мне кажется, что задницу плохо прорисовали…

Подхожу и смотрю в экран ее телефона.

Она быстро листает пальцем фотки.

— И вот здесь бока вылезли… — продолжает, увеличивая свое изображение в нижнем белье.

— Не понял, — хмурюсь. — Зачем тебе это?"

"— Для аккаунта в соцсетях, — отмахивается, будто говорит что-то само собой разумеющееся. — Нужно отобрать лучшие кадры.

— Ты же ведущая музыкальной передачи, а не… — искренне не понимаю, проглатывая вторую часть мысли с некрасивым сравнением с древнейшей профессией, — Зачем тебе фотографироваться голой?

— Не голой, а в белье.

Мне заплатили за рекламу, оплатили фотосессию. Это рейтинг, — подкатывает глаза Вика. — Ты не понимаешь…

— Я против, — выношу вердикт и ухожу к шкафу, чтобы надеть трусы. — Деньги верни. Если нужно на что-то, я дам.

— Почему? — несётся обиженное мне в спину.

— Потому что я — серьёзный человек, — отвечаю, не оборачиваясь. — Мои партнёры — это уважаемые люди. Чаще всего в возрасте. Они привыкли доверять себе подобным.

Подхожу у кровати, ныряю под одеяло и щёлкаю выключателем света, считая, что разговор окончен.

— Спокойной ночи…

— Тихомиров… — рассержено шипит Вика.

 — Да что ты за гад такой а? Весь вечер меня унижаешь… — театрально всхлипывает.

— Ты сама себя унижаешь, — рявкаю. — Кто тебе мешал нормально себя вести, не орать, не разыгрывать порно спектакль, не оголяться перед чужими людьми… Не свети мне в лицо! — окончательно психанув, выхватываю телефон из рук Виктории и поворачиваюсь к ней спиной. — Все. Спи. Завтра поговорим.

— Ты меня больше не любишь, — трагично шепчет она. — Это все из-за девки твоей. Я чувствую.