Еления вздрогнула от неожиданности  — он молчал много часов — и посмотрела на парня.

Май сидел на приделанном к стене мобиля стальном табурете, облокотившись спиной на стену, с прикрытыми глазами. Его голос был странным — безжизненным, ровным, спокойным.

— Кто ж этого не знает, парень? — горько усмехнулся один из двух других заключённых — высокий здоровый мужчина с лысым черепом и чёрными глазами навыкате.

Второй брезгливо скривился и сплюнул на пол. Оба были в таких же толстых наручниках.

— Девушка не знает, — глухо ответил Май,  открыв глаза и повернув лицо к Еле, даже не посмотрев на подавшего голос  заключённого.

— Никто не знает, что его там ждёт, — кто заходит за ворота Тюрьмы Пустоши, никогда не выходит обратно. Поэтому никто никогда не рассказывал, что там происходит.

— А если выяснится, что человек невиновен? — дрожащим голосом спросила  Еля. — А он переступил порог Тюрьмы.

— Если это выяснится, когда ты уже переступил порог Тюрьмы, ничего нельзя будет сделать, — со странным безразличием отозвался Май. — Это вытекает из норм Межземельной конвенции, заключённой несколькими империями нашего мира.

Тюрьма Пустоши — межземельная тюрьма, в ней содержатся самые опасные преступники мира. Она находится на территории, не принадлежащей ни одной империи, и живет по своим законам."

"Теперь его глаза очень пристально смотрели на Елю, а она чувствовала его холодность и отчуждённость. Его враждебность. От осознания последнего она вздрогнула, сердце сжалось в маленький комочек, дышать стало труднее.

— Прости меня, — глаза девушки умоляли Мая об этом, а пальцами, чтобы они предательски не дрожали, она изо всей силы сжала ткань платья.

— Все из-за меня...

— Разве ты виновата в том, что произошло? — Май равнодушно передернул плечами, холодный пронизывающий взгляд не отрывался от лица Елении.  — Не вини себя в том, в чем ты совершенно не виновна, — это глупо. Тебя убрали по одной причине, меня — по другой. Варниусам очень кстати подвернулась та ситуация с принцем Оливаром. Не было бы её, они придумали  бы что-то другое, чтобы мне отомстить. Жаль, что я поздно это понял. Слишком поздно.

Май посмотрел на Елению, которая мрачным взглядом уставилась в серую стену. Девушка очень похудела и осунулась за последние дни, выглядела болезненно и пугающе, платье мешком висело на ней, и ему было больно и тяжело смотреть на неё такую, понимать, что он бессилен что-либо изменить в её положении.

Он постарался отгородиться от неё, замкнуться и уйти в себя, не подозревая, какие ужасные мысли гуляли в головке Ели из-за его отстранённого вида.

Они проехали ещё, наверное, час, а потом магмобиль так резко и неожиданно остановился, что все заключённые попадали со своих стальных табуретов.