– Но сделай одолжение: не говори всяких загадочных слов по телефону!

В довершение всего тот кураж, который был со мной полчаса назад и который явно ощутил персонал ресторана, на фоне Ивана бесследно испарился. У дверей метрдотель аккуратно коснулся моего локтя и спросил:

– Простите, вы закрыли счет?

– Наш гость платит за всё, – ответила Милана и двинулась вперед, заставляя метрдотеля пропустить нас.

Я помог ей накинуть плащ, мы открыли зонт и вышли под дождь.

– По факту, за всё платим мы, – сказал я. – Имею в виду людей.

– Но некоторые хорошо устроились, и это их не огорчает, – поддержала Милана.

– Ты – настоящий друг, – сказал я. – Ну… что думаешь?

– Говори ты. – Милана улыбнулась. – Ты же не просто так вскочил. Ты последние минуты был сам не свой.

– Так заметно было? – Я поморщился.

– Нет. Не так уж. Но я тебя знаю лучше, чем твой высокий покровитель.

– Ага. – Я вздохнул. – Надеюсь. Ты меня научила одной вещи, Милана. Смотреть не на то, что есть, а на то, чего нет. Этот Иван обмолвился, что за нашим Гнездом наблюдает только полиция. Видимо, переругались в верхах, кому следить, скинули на низовой уровень.

– Я слышала.

– Лихачев жаловался, что на меня «неберушка». Охранный лист.

Милана вздохнула.

– Ты и это говорил.

– А еще такой лист есть на бомжа, тусующегося у Комка. Кто он такой, если другие спецслужбы тут не работают?

Во взгляде Миланы появилось сочувствие. Вот не люблю я такого!

– Ты хочешь сказать, что этот спившийся бедняга – на самом-то деле агент могущественной инопланетной цивилизации, тот самый наблюдатель? Он прилетел из далеких миров, принял человеческий облик, потом принял бутылку водки для убедительности образа и пошел к Гнезду? А пришельцы позвонили, допустим, президенту и велели не трогать этого бомжа?

М-да…

– Когда ты так говоришь, Милана, я чувствую себя идиотом, – признался я.

Неожиданно она обняла меня. Крепко, действительно словно товарищ, а не бывшая подруга. Сказала:

– Максим, ты просто хватаешься за соломинку… Я понимаю. Думаю, ты ошибаешься, но я тебя очень-очень хорошо понимаю.

Мы стояли под дождем, прикрываясь одним зонтиком, словно парочка влюбленных в каком-нибудь романтическом кино; даже проходящий мимо хмурый мужчина едва заметно улыбнулся и кивнул мне, словно говоря: «Молодец, парень, так держать».

А я думал о том, что пришедшая мне в голову идея – полная чушь.

С чего я взял, что эти «наблюдатели» на Земле и впрямь есть?

С чего я решил, что вонючий бомж с поэтической жилкой – один из них? Спущенное полиции указание не трогать его? Ну так он может быть из конторы, про которую даже Иван не знает. Или какой-нибудь официально впущенный наблюдатель из другой страны. Нашего впустили посмотреть на Гнезда в США, американского – в Россию.