И вообще, она стала нужна мне как воздух, потому что я хотел и хочу избавиться от мучительной пустоты внутри.

И все-таки… все-таки я не стал бы бросаться в отношения с Надей просто для того, чтобы забыться. Вернее, я не стал бы бросаться в отношения с кем-то другим. Если бы рядом со мной был другой человек, я не стал бы…

Та же Алиса, например. Раньше она была мне нужна просто для того чтобы заставить Зою ревновать. Просто провести время. Сбросить напряжение. Получить удовольствие.

С Надей все по-другому, все иначе…

С Надей все серьезно.

Я поеду к Товию Сергеевичу. Я пройду обследование. Узнаю свои шансы. И если возможно вернуть меня к нормальной жизни, тогда…

Тогда быть свадьбе.

Весь день я в эйфории. Надя куда-то снова уехала с мамой, вроде бы мама попросила поехать с ней по магазинам.

Ко мне опять приехал Никита командой. Алиса тоже тут, но ведет себя уже нормально.

Я в приподнятом настроении, счастливый выезжаю на улицу вечером. Хочется подумать, подышать.

Хочется… впервые за долгое время хочется побыть одному не для того, чтобы глушить боль и ярость. А чтобы просто подумать о будущем.

Коляска моя стоит под окнами кабинета Тамерлана, и я замираю, услышав голос брата.

А потом…

Словно вся радость дня вытекает по капле из порванных вен.

Ты захотел счастья, Илик?

А заслужил ли ты его?

Решил, что искупил свою вину? Нет… совсем нет… ты ее усугубил.

Ты не имеешь права на счастье…

Глава 34.

Просыпаюсь, резко отрывая голову от подушки, открываю глаза…

Не сразу понимаю, где я. Комната незнакомая. Очень уютная, симпатичная, но абсолютно чужая.

Поворачиваюсь, чтобы взять телефон — уже почти полдень! Это я так долго спала?

На иконке приложений с сообщениями отмечены полученные, но непрочитанные.

Почему-то тянущая боль в груди и никакого желания их открывать.

Он ведь все равно ничего не напишет…

Моргаю, вспоминая, где я и что со мной.

Со мной все в порядке. Я жду ребенка от любимого человека, который решил от нас отказаться. Так бывает.

Я приехала в родной город — это точно. Причем, приехала вчера, рано утром.

Но я не дома. Я в гостях.

В гостях у случайной попутчицы Киры, миловидной и очень хорошей женщины сорока трех лет.

Именно ей вчера я рассказывала историю своей жизни и любви.

Честно и откровенно. Ну… почти.

Рассказывала о своем пациенте Ильясе.

О том, как первый раз поставила ему капельницу, как он ругался, как мне тогда было жаль его…и как я всеми силами старалась скрыть эту жалость зная, что для него она будет оскорбительна.

Как потом я стала его личной сиделкой и прожила в их доме почти целый год. И как менялись наши отношения.

В какие-то моменты мы с Ильясом становились почти друзьями, все было ровно, спокойно. Он шутил со мной. Мы хорошо общались.