Скажешь ей, что зла на меня не держишь?

— Пойдём.

Они подошли к столику, где сидела Алла Леонидовна. Женщина услужливо подала Олегу бокал с шампанским:

— Давайте выпьем за счастье! Чтобы и у вас, и у Алины всё было хорошо. Не породнились мы, ну и ничего страшного. Бывает…

Вентура стал искать глазами водку или коньяк. Увидел бутылку за соседним столиком и дёрнулся туда:

— Мне бы водочки. Не люблю шампанское.

Дамы всполошились:

— Что вы! За счастье, за свадьбу, за новую жизнь только шампанское пьют! Водка тут совсем не подходит!

И Полковник после звона бокалов выпил напиток до дна, даже не почувствовав его вкуса.

***

Когда Василиса и Алекс вернулись в зал, Вентуры на месте не обнаружили. Волков и Самойлов спорили насчет преимуществ современного стрелкового оружия. Ирина о чём-то беседовала со спутницей Константина, а стул Полковника пустовал.

На взёернутую в немом вопросе бровь Василисы мужики махнули руками в сторону танцпола:

— Там. Танцует.

Сердце Василисы заполошно запрыгало, предчувствуя беду. Девушка прошлась по залу, выискивая глазами жениха. Её догнала секретарь, Юля:

— Василиса Андреевна, Олег Викторович просил вам сказать, что он домой уехал. Плохо себя почувствовал. Просил вас приехать как можно быстрее, но никому не говорить — пусть люди отдыхают.

— Спасибо, Юль.

Сокольникова вышла из зала, прошла в кабинет Олега, взяла шубу и вызвала такси.

Глава 35

Измена страшна тем, что это уже не изменить.

Квартира оказалась открыта. Свет везде выключен, виднелась лишь небольшая полоска из приоткрытой спальни Олега. Девушка, не раздеваясь, прошла туда и быстро распахнула дверь. Она думала, что мужчине срочно требуется помощь.

Картина, которая открылась при этом, навсегда отпечаталась на сетчатке — абсолютно голый Вентура спал, на его груди лежала Алина, закинув бедро и обняв рукой. Одеяло сбилось, почти полностью обнажив их тела. Девушка тут же открыла глаза и в испуге натянула на свою грудь одеяло:

— Ой, Василиса Андреевна, вы так рано?.. Простите! Олежа силой меня сюда привёз, правда. Я не хотела…

Алина потрясла мужчину за плечо. Полковник поднял голову и открыл мутные глаза. С трудом узнал Василису:

— Привет! Ты давно здесь?

Сокольникова, молча, развернулась и как пьяная пошла прочь. Она не хотела ничего видеть, знать, чувствовать. С неё достаточно.

Вышла из подъезда, села на скамейку и набрала Алекса:

— Забери меня, пожалуйста, иначе я сейчас сдохну. Прямо тут. На скамейке.

И слёзы наконец-то пролились — бурными ручьями, горными реками, лесными озёрами. И не было им конца и края. И только через полчаса, когда Распутин увидел её, запорошенную декабрьским снегом, в распахнутой шубе, в туфлях на шпильках и всю в слезах, Василиса перестала плакать.

— Алекс, отвези меня в гостиницу, пожалуйста.