Презервативы – это хорошо, как нам в школе говорили. Это даже замечательно, учитывая эпидемию ВИЧ, но зачем держать их на работе?

Кого это Саша собрался… хмм, радовать?

Если меня, то фигушки.

А если тетю лошадь, то…

- Гад какой, - бросаю резинки в стол, хотя с удовольствием бы выбросила их в мусорное ведро. – Развратник!

Со злостью дергаю ручки запертых ящиков стола, а перед глазами так и стоит картина, как Саша проходит мимо меня эдакой вальяжной походкой, ведя за собой тетю лошадь. Или ту грудастую, из ресторана. И бросает мне: «Не беспокоить!».

Запирается в кабинете, и…

- Да открывайся ты, зараза, - не выдерживаю, толкаю стол с неизвестно откуда взявшейся силой.

Скольжу на полу, и почти падаю на стол, толкнув клавиатуру Сашиного компьютера так, что она отлетает на пол.

Нет, пора уходить.

Сегодня явно не мой день.

Быстро, суматошно привожу все в порядок, и бегу к выходу.

- Окно, - бью себя по лбу, и быстро закрываю окно.

Прости, Володя, но не сегодня.

Лишь оказавшись за своим рабочим местом, я выдыхаю: страшно-то как, оказывается, шпионкой быть. Подрагивающими, как у алкоголички со стажем, руками закидываю свои павшие смертью храбрых туфли в шкаф, и достаю старые, растоптанные кеды.

Ну… зато удобно. Пару месяцев назад, когда Володя рассчитал уборщицу, я задерживалась, переобувалась в страшные, но удобные кеды, и отдраивала полы, окна, стены, и в особенности Володин кабинет.

- Страх какой, - рассматриваю свои ноги, и стыдно.

И что Володя увидит меня такой раскрасавицей, и что Саша…

Ну я же его секретарь, а секретарь – лицо фирмы! Только поэтому!

Только вспомнишь Володю, вот и он. Легок на помине.

- Ну что, малышка? Удалось что-то узнать? – о садится на край моего стола, и ногой болтает, как мальчишка.

Не узнала, потому что растяпа.

- У него в кабинете пусто, никаких документов, - лгу я, так как явно Саша не просто так запер шкафчики. И теперь у меня руки чешутся, так любопытно, что в них: мартини и конфеты для девок? Склад презервативов?

- Ты плохо искала. А слышала что-нибудь? – Володя загадочно машет рукой, складывая пальцы в некую необъяснимую фигуру. – Ну, что-нибудь противозаконное слышала?

Слышала, угу.

Харрасмент – это ведь противозаконно? Домогаться своей несчастной секретарши – разве не преступление?

«Преступно не домогаться такую зайку» - словно наяву слышу голос Александра, и улыбаюсь.

И все-же, я глупая.

- Нет, не слышала, - вздыхаю, и добавляю, видя разочарование на Володином лице: - Пока не слышала, но я постараюсь!"

"Не привыкла я разочаровывать Володю, но как-то странно я себя чувствую.

Нехорошо это все, неправильно. Александр ведь неплохой, хоть и смущает меня дико.