Александр

- В какой номер парочка намылилась? - спрашиваю у парня на ресепшен, глазами провожаю уплывающую из-под моего носа зайку.

Мы не имеем пра...- начинает он. Поднимает голову, тут же меня узнает и поправляется, - пра-а-хадите, в десятом они будут, - с широкой улыбкой и всеми потрохами сдает голубков. - Александр Юрьевич, - грудью в кожаном жилете он ложится на стойку. - Извините, что напоминаю. Но вы вчера обещали рассчитаться.

Свожу брови, вспоминаю и, кажется, краснею - редкий случай в моей личной красной книге стыда.

Ибо стыдно за всю жизнь мне было раза три. Первый - в школе в шестом классе, когда разбил мячом окно учительской, и дедушке пришлось платить. Второй - в институте на первом курсе, когда, как дурак со сцены, на виду всего зала позвал одногруппницу на свидание, и она отказала. И вот третий - вчера мы отмечали здесь удачную сделку, а я злоупотребил коньяком и...

Так, ладно. Решение есть - надо завязывать с возлияниями. Тем более, жизнь сегодня заиграла новыми красками.

- Хватит? - достаю деньги, кладу на стойку.

- Тут много! - пугается администратор, но я уже иду к лестнице.

Мимоходом разглядываю себя в попутном зеркале, остаюсь доволен, только вот жарко. На ходу снимаю пиджак, перекидываю через плечо, берусь за перила и отвлекаюсь на музыку телефона.

- Да, - отвечаю, слушаю Вовчика, сам себе киваю - груз на складе, проблем нет. Кроме поиска другого коридора для сбыта, но этим я займусь завтра. - Отдыхай, - советую в трубку, убираю телефон, поднимаю глаза на стук каблучков.

Усмехаюсь.

Летит, зайка, спешит ко мне.

Рыжая копна встрепана, глаза сверкают, платье сексуально натягивается, выше оголяя ноги, которые мне с каждым взглядом все больше нравятся.

- Бежишь, зайка? - торможу ее голосом, когда она почти врезается мне в грудь. - Что, разочаровал тебя герой-любовник?

Она отскакивает, как от огня, вскидывает подбородок. Зелёным прищуром оценивает мой довольный вид. И с размаху тычет палец-пистолет мне в сердце:

- Ты!

- Я, - соглашаюсь.

- Испортил мне вечер!

- Поправил его, Ален, - шагаю ближе.

- Провоцировал Володю!

- А он зассал.

- Оскорблял меня!

- А он зассал.

- И теперь!

- Да-да?

Она осекается, заметив, что я подошёл почти вплотную."

"Грудь в рваном дыхании соблазнительно поднимается, притягивает взгляд. Тянет дернуть вырез вниз, освободить, ведь соски точно стоят, болят, в таком она возбуждении, так она сейчас бесится.

Мы бы с ней кровать сломали.

- Слушаю тебя, Алена, - поторапливаю. - Что теперь?

- Ну-ка, - она деловито толкает ладошкой мне в грудь, как знак ""стоп"", отмеряя дистанцию. Осмелела, пришла в себя, отбрасывает волосы с разгоряченного лица. - Александр, нам надо расстаться, - официальным тоном заявляет, поднимается на ступеньку выше, увеличивая рост. Так значительнее, не спорю, но улыбаюсь, ее строгость наиграна.