Мне был удивителен ваш неожиданный талант, и будучи уверенным, что для меня вы не захотите готовить свои шедевры, предпочел делать это инкогнито. Мне было интересно разгадывать ваши послания, думаю, я совершенно точно расшифровывал их, кроме последнего. Я посчитал, что вы что-то перепутали и ваше желание увидеть меня на самом деле адресовано не мне. Что ж, не удивлён.

Хочу вам сообщить, что как и прежде у меня нет ни малейшего желания жениться на вас насильно, но как вы помните, мы связаны условиями договора и королевского волеизъявления, против которого бессильны и я и вы”

Я отложила свиток, не дочитав.

Встала и стала ходить по комнате, взволнованная донельзя.

Значит, мало того, что я действительно обязана выйти за него, но и каким-то образом испортила отношения с ним еще до брака. Не очень было узнать это сейчас, когда странным образом я что-то почувствовала к нему. Кто же из нас был виноват в этом его холодном ко мне отношении?..

Я взяла свиток, чтобы дочитать его.

“До конца года нам необходимо будет заключить наш брачный союз, тогда я пришлю за вами. Ранее совершать этого у меня желания нет, в этом можете быть уверены.

А до этого мы должны появиться с вами на королевском осеннем балу. Меня поставили в известность, что вы потеряли память, в чем я сомневаюсь, зная вашу хитрость и, простите, коварство. Но если это в самом деле так, примерно через месяц я пришлю к вам своего помощника, который поможет вам подготовиться.

Ответа от вас я не жду. С моим к вам почтением, сэр Корнуолл”

Я сидела, совершенно опустошенная. Всё было хуже, чем я могла представить. Что такого я могла сделать ему, чтобы заслужить такую ненависть? Пока что я не могла ответить ни на один из своих вопросов.

А Шарлотта, очевидно, была той еще штучкой.

В спальню вбежал Трюфель и задорно тявкнул. Вот у кого сегодня без сомнения удачный день. Я протянула руку и стала поглаживать его кудряшки, стараясь осмыслить все, что узнала.

Несколько дней я проговаривала про себя каждое предложение из послания сэра Корнуолла, пытаясь раскрыть то, что писалось между строк. Мне необходимо было с кем-то об этом поговорить, однако только Трюфель мог быть моим собеседником в этих моих размышлениях.

Когда все расходились по домам, а Дьюи и Дилис уходили на свою половину, я могла и вслух поговорить со своим пёсиком, почёсывая его за ухом."

"— Ну что Трюша, как ты думаешь, что такого я могла наворотить, что герцог так не любит нас с тобой? — Трюфель довольно жмурил глаза, наслаждаясь теплом и сытостью. Он заметно округлился за эти несколько дней, а шерсть заблестела.

Не найдя ответа у своей собаки, я думала, что же мне предпринять, чтобы выяснить всё до нашей с герцогом встречи.