А, во-вторых, я точно могу тебе сказать, что эта его невеста Элина и моя одноклассница Галина – одна и та же девушка. Тьфу! Женщина. Так что ты права, дочь, она его больше, чем на десять лет старше. На тринадцать, на самом деле, если быть точной. Хотя, конечно, не критичная разница, не придирайся к тётке, – рассмеялась я.

– Мам, ты серьёзно? Она твоя одноклассница? – дочь смотрела на меня недоверчиво. А потом вдруг выдала:

– Эх, мать! Такого мужика упустила!

– Ань, да ты в своём уме ли? – я уставилась на дочь, – на тринадцать лет он младше! Я же не Алла Пугачёва.

– Ой, мам, а вот ты зря, между прочим, его отшила тогда. Мише всегда женщины постарше нравились. У него это семейное, наверное, его мама старше отца на семнадцать лет была. И ничего. Всю жизнь вместе прожили. Глядишь, через неделю на твоей свадьбе гуляли бы! – со вздохом произнесла дочь.

– Чего? – я уставилась на дочь, не веря своим ушам, – так вы в курсе что ли?"

"– Конечно, в курсе! Мам, видела бы ты его в тот день, когда он на речку пришёл. Он тогда, правда, ничего не рассказал нам. Потом мы вернулись, а тебя нет. Он переоделся и сразу уехал. Потом вдруг, дней через пять, звонит нам эта его Элина-Галина вся в истерике, мол, Миша запил. Спасите, помогите! Он, мол, как с вами в вашу деревню съездит, всегда чернее тучи возвращается и на неё, красавицу, смотреть не может и молчит дня два. А в этот раз, мол, приехал, мотоцикл свой поставил, переоделся и понеслось!

Антон его пьяного в стельку в одном баре нашёл, к нам привёз. Мадам его мы предупредили, что он у нас пьяный спит, она в крик:

– Везите домой! Я его кодировать буду!

Ой, мам, как только она его не обзывала! А он, между прочим, и не пил то никогда. Не курит ведь даже, ну ты знаешь. Вкалывал как лошадь. Выходной раз в неделю, с нами вот у тебя тут в деревне, мяса пожарит и всё. У него из слабостей вот только его мотоцикл, который он с твоей лёгкой руки только Драконом и называет теперь. А она на него последними словами, – Анюта сокрушенно вздохнула. Затем продолжила:

– Антон прикрикнул на неё, она успокоилась. А мы потом его три дня в чувство приводили. У него же после пяти дней запоя настоящее алкогольное отравление было и самое настоящее обезвоживание. Антон с другом медиком договорился, чтоб ему не в больнице, а у нас на дому капельницы ставили. Он два дня у нас отмалчивался. Антон, как только его не развлекал. Молчит и всё! Ну, ты знаешь Антона, он же добьется своего. Потом, перед уходом, он нам и рассказал про вас с ним.

Никогда не думала, что за неделю можно на десять килограмм похудеть.