— И как веранда будет сочетаться с вашим любимым стилем? — закончив, повернулся ко мне мужчина. — Пол металлический? Или столики неудобные?

— Если вам понравилось, я обязательно повторю это, — парировала я и потёрла ладони.

— Прямо сейчас и начнём...

— Не распыляйтесь, — осадил Устин. — И постарайтесь не обещать больше, чем делаете, София.

— Вы правы. — Я виновато улыбнулась Аните. — Идём делать бабочек?

— Пошли с нами!

Малышка потянула отца за руку.

— Анита, твой папа наверняка занят. — начала было я.

— Конечно, — прервал меня маг и, обхватив ладошку девочки, повёл её в замок.

Я поперхнулась и, кашляя, побрела за ними. Что происходит? Раньше Устин избегал моего общества, а к поделкам дочери относился пренебрежительно. Но сегодня провёл с нами весь день! С одной стороны, я была довольна, что этот суровый мужчина начал относиться к дочери мягче. С другой. У меня были планы!

Когда мы пришли в почти восстановленную детскую, в окно влетел Януарий Второй и, раскрыв призрачные объятия, вывалил на пол старые порванные книги.

— Обнаружила в подвале, — покосившись на Устина, сообщила я. — Вид у них удручающий, вряд ли можно отреставрировать хотя бы одну книгу. Поэтому я решила использовать их для украшения... Надеюсь, вы не против?

Мужчина скрестил руки и, нахмурившись, задумчиво ответил:

— Они всё равно бесполезны. Но что вы хотите ими украсить? И каким образом? Это же старая ветхая бумага. Она порвётся от одного прикосновения.

— Вот именно! — подняла я палец вверх и обернулась к двери, на пороге которой маячил Офигейро. — Заносите, граф!

Аккуратно удерживая стеклянную бадью, в которой булькала от каждого шага светлая тягучая жидкость, рыцарь вошёл в комнату и поставил ношу на пол. Крышка с его кирасы свалилась и, звеня, покатилась в угол. Вальдемар, поддавшись инстинкту, подскочил и бросился в погоню.

— Что это? — склонился над «кастрюлей» маг.

— Клей-стер! — старательно выговорила Анита и сверкнула синевой глаз. — Я сама варила! Это не так просто, как ты думаешь.

Она начала загибать пальцы и кивала каждому слову.

— Сначала нужно нагреть воду, затем то-оненькой струйкой всыпать муку. — Виновато улыбнулась: — У меня не очень получалось, но мама помогла. Было трудно понять, что такое два к одному. Потом надо было долго-долго варить и постоянно перемешивать, пока не загустеет. Но самое тяжёлое — дождаться, когда остынет!

— И зачем всё это? — выгнул бровь Устин и покосился на меня. — Очередное блюдо из вашего мира?

— Это клей, — рассмеялась я. — Чтобы делать папье-маше! Не хмурьтесь, Устин. Это весело.

— Без сомнений, — хмыкнул мужчина и поинтересовался: — И что нужно склеить? Не проще ли магией?

— Проще не значит лучше, — решительно отказалась я и указала на приготовленные слепки. — Берите по бабочке и.