У Лидии было много пациентов, она завоевала хорошую репутацию, семья жила весьма обеспеченно. Потом супруг умер, но она не пала духом, наняла управляющего, и сейчас «Рассада 1» процветает, простите за нелепый каламбур…

– Красиво звучит – процветающая рассада. – Иван Никифорович улыбнулся.

Я опустила глаза. Шеф издевается? Или пытается быть любезным? Ладно, продолжу рассказ…

Через год после кончины мужа Лидия позвонила в Астрахань и попросила к телефону Ксению Павловну Бубнову.

– Она умерла неделю назад, – ответил юношеский голос.

– Вы, наверное, ее сын Павел, – осторожно осведомилась Лидия. – Мы с вашей мамой когда-то давно дружили.

– А вы случайно не Лидия Олеговна? – задал вопрос парень. И услышав утвердительный ответ, огорошил собеседницу: – Мамуля незадолго до смерти правду о моем рождении рассказала. Она вас искала, но найти не смогла. Ее последними словами были: «Пашенька, родная мама непременно почувствует, что сын один, что ему плохо, и объявится». И вот вы позвонили… Вы в Москве живете?

– Да, – прошептала Лида.

– В конце июня я поеду в столицу, хочу поступить в институт, – пояснил Павел. – У меня золотая медаль, я точно попаду. Давайте встретимся? Если откажетесь, я пойму и приставать не буду.

Первый раз Лидия Будина и Павел увиделись в кафе. И женщина онемела: старший сын был близнецом младшего – такой же рыжеволосый, голубоглазый, высокий, легко краснеющий.

Они стали общаться с Павлом, который успешно сдал экзамены и поступил в институт. Но в гости его Лидия Олеговна не приглашала – не знала, что сказать второму ребенку.

В конце концов Паша однажды сам попросил:

– Можно мне к вам прийти? Очень хочется познакомиться с братом.

Будина замялась, и тогда юноша предложил:

– Назовите меня своим племянником. Я никогда никому правду не открою. Не волнуйтесь, я не имею прав ни на вашу оранжерею, ни на квартиру, сам все заработаю.

Лидии стало стыдно.

– Павлуша, речь не о материальном. Не знаю пока, как младшему объяснить, кто ты такой. Ему известно, что у меня ни братьев, ни сестер нет. Откуда племянник?

– Ясно… – протянул Паша.

– Но мы с тобой по-прежнему будем общаться, – спешно добавила мать.

– В кафешках? – уточнил первокурсник.

– Пока да, – испытывая дискомфорт, ответила Лида и протянула ему конверт. – Возьми, тут тебе на еду.

– Спасибо, у меня есть деньги, – улыбнулся старший сын. – Но если понадобятся, я попрошу вас о помощи.

Больше познакомить его с братом Паша не просил. Денег у матери он никогда не брал, встречался с ней в разных местах, домой ей не звонил, держался приветливо, претензий не предъявлял, но о своей жизни рассказывал мало, больше слушал Лидию. А та в один день решилась рассказать ему о том, почему очутилась на зоне.