Увидев Неверова, он поспешил отвести глаза, сделав вид, что не узнал его. Видимо, решил, что присутствие эль-капитана в рубке ничего хорошего ему не сулит.

Выполняя распоряжение Асохина, Ленц несколько минут поколдовал с приборами наружного наблюдения и, хотя от спасательной шлюпки на экранах давно не осталось ни малейшего следа, уверенно заявил:

— В четырех парсеках от нас находится звездная система — вполне возможно, с планетами.[1]

— Какого черта! — взорвался Асохин. — Как можно не увидеть звезду на таком расстоянии!

— Она закрыта от нас метеорным роем и газопылевым облаком. Похоже, нас разделяет след какой-то разрушившейся кометы.

— Район выхода рассчитан так, чтобы мы не обнаружили эту систему.

— Рассчитан кем?"

"— Теми, кто благополучно покинул корабль. Они хотели, чтобы мы ничего не знали о районе, в который попал корабль до той поры, пока их люди находились на борту. Они старались полностью деморализовать команду. И надо признать, им это вполне удалось, — с горечью закончил Неверов.

— Хорошо, хоть встреча с пиратами нам не грозит… — пробормотал Ленц.

— Почему вы в этом так уверены? — злобно сверкнув глазами в сторону Ленца, осведомился Асохин.

— Для встречи с кораблем в открытом космосе не нужна звездная система.

— В этом вы абсолютно правы, — поддержал его Неверов. — И раз уж здесь есть звезда, то найдется и планета, на которую нам придется сесть — не останется другого выхода. Простой и очевидный план.

— Если вы правы, то это должно означать, что на планете нас будут ждать.

— Нисколько в этом не сомневаюсь.

— Тогда мы все должны держаться вместе, в этом наш единственный шанс уцелеть.

— И тут вы правы, вопрос лишь в том, каким образом вы собираетесь подчинить себе толпу беззащитных и совершенно бесполезных в бою людей. Кто и как их будет защищать?

— Защищать? Защищать пассажиров — эту банду разжиревших обезьян? Среди них, возможно, найдется человек двадцать, которых мы сможем использовать, ну еще женщины… Не все, конечно, остальные балласт. Мы высадим их на планете и предоставим собственной судьбе.

— Не слишком ли это жестоко, старший помощник Асохин? Совсем еще недавно, принимая присягу на звание звездного пилота, вы обещали заботиться о благополучии всех людей, находящихся на борту вашего корабля, не щадя собственной жизни.

— Законы общества, в котором мы жили, остались в другом мире. Вряд ли мы туда когда-нибудь вернемся. Новые законы здесь мы будем устанавливать сами. Вы до сих пор не ответили на мое предложение. Я должен знать, готовы ли вы войти в мою команду.

Этот человек возомнил себя диктатором. Он полагал, что в настоящий момент полностью контролирует положение хотя бы внутри корабля.