Этот противник также был полностью выведен из строя. Неверов знал, что после таких ударов с пола уже никто не поднимется.

Однако у третьего оказалось достаточно времени, чтобы достичь дверного проема. Неверов не мог позволить ему уйти и, подхватив упавший станнер, прямо от пола, снизу, не заботясь особенно о прицеле, нажал гашетку.

Широкий энергетический луч вырвался из ствола с неожиданным грохочущим звуком.

Этот ревущий огонь был предназначен ему, но нашел другую цель…

Третий упал на пороге каюты, волосы на его голове еще дымились, и Неверов, превозмогая отвращение, затащил его внутрь и захлопнул дверь.

В коридоре, несмотря на грохот выстрела, все еще никого не было, но по доносившимся из соседних кают звукам он понял, что огромный корабль постепенно приходит в себя…

Теперь прежде всего нужно было разобраться со странной находкой в ванной комнате. Однако тут его ждало разочарование. Он опоздал — пол в ванной был тщательно вытерт, лоскут кожи исчез. И это только подтвердило его уверенность в том, какое большое значение могла бы иметь его находка… Но упущенного не воротишь.

Он повертел в руках станнер, проверил заряженность батареи — больше пятидесяти процентов, около сорока выстрелов полной мощности вполне достаточно, чтобы почувствовать себя защищенным от всяческих неожиданностей. Жаль только, станнер не спрячешь в карман — он слишком велик. Неверову не хотелось до поры до времени привлекать к себе излишнее внимание. Все же трофей показался ему слишком ценным, чтобы с ним расставаться.

В конце концов он разобрал станнер на три части, потратив на это дело еще несколько драгоценных минут. Но даже теперь три тяжелых и объемистых куска металла спрятать под одеждой было невозможно."

"Тогда он просто соорудил некое подобие свертка из куска простыни и сунул его под мышку. На оружие этот ком белой ткани вряд ли походил, а остальное его сейчас не беспокоило. Он знал, что после всего случившегося большинство пассажиров будут выглядеть странно, а многие из них начнут совершать поступки, не совместимые с нормальной логикой. Вряд ли этот сверток всерьез привлечет чье-нибудь внимание. Гораздо более насущная проблема состояла в том, чтобы скрыть трупы, хотя бы на время. Он не собирался вызывать преждевременную панику среди пассажиров, да и капитанское расследование случившегося ему тоже сейчас ни к чему.

Хотя теперь у капитана наверняка полно других дел, и неплохо было бы узнать, каких именно. Что означала его столь своевременная болезнь и почему Ленц не выполнил своего обещания связаться с ним, прежде чем направить корабль в неуправляемый пространственный бросок.

Еще больше Неверова волновал вопрос, где именно оказался корабль после выхода из последнего, весьма неординарного оверсайда.