Когда медленная лента подъемника наконец вознесла его наверх, на всем сорокаметровом пространстве палубы не было ни одного живого существа.

Могла ли на пассажирском лайнере оказаться собака? Вообще-то могла провоз животных не запрещался, только стоило это баснословно дорого. Если это действительно была собака, то, пожалуй, из всех пассажиров лайнера лишь один человек мог позволить себе расходы по ее перевозке…

Ярусом выше располагалась палуба единственного на корабле отсека люкс. Поднявшись туда, Неверов увидел равнодушные лица охранников и не стал задавать никаких вопросов. Люди Морандо привыкли отвечать на вопросы представителей властей одним способом, а ему сейчас было совершенно ни к чему ввязываться в потасовку. Никакой собаки на этом этаже не было. Поэтому он молча повернулся и спустился обратно на два перехода вниз.

Дверь двести сороковой каюты, которую он покинул несколько минут назад, оказалась закрытой, и это была роковая ошибка, ужасная глупость с их стороны, которая спасла ему жизнь. Если бы они не закрыли дверь, он вошел бы внутрь, ничего не подозревая, и напоролся бы на выстрел в упор.

Но Неверов оставил дверь открытой, а он никогда не забывал подобных деталей, тех самых мелочей, от которых в его работе зависело так много.

Лишь пару секунд понадобилось ему для того, чтобы принять неожиданное решение.

Он подошел к дверям и тихо постучал, стараясь в точности повторить характер стука, заставившего его покинуть каюту, так и не закончив осмотр.

Щелкнул замок, и дверь пошла в сторону.

Едва только щель проема стала достаточной, он боком прыгнул в каюту, стараясь в одном броске преодолеть максимально возможное расстояние. И его расчет оправдался. Неожиданно для троих стоявших в каюте людей он оказался рядом с ними.

В руках одного из этой троицы был станнер, но на таком близком расстоянии это уже не имело особого значения. Кроме того, условный стук заставил их расслабиться и потерять те самые драгоценные мгновения, которые в короткой рукопашной схватке решают ее исход.

Не вид направленного в лицо ствола станнера определил дальнейшие действия Неверова. Он узнал эту троицу.

На шее у двоих болтались знакомые золотые крестики, на шее третьего остался лишь след от сорванной цепочки…

Этого оказалось достаточно. На какое-то мгновение Неверов перестал видеть перед собой человеческие лица. Скрытый под ними звериный оскал снял все запреты. Рубил он в полную силу, и когда ребро ладони ударило в шею человека, державшего станнер, раздался характерный треск сломанной кости.

Человек со станнером согнулся пополам и, не издав ни единого звука, рухнул на пол. Второго он достал уколом левой руки снизу под ложечку и завершил прием ударом ребра правой ладони.