Да и степь для моего внука теперь опасна. Тебя выдали шаманы – я уверен. Им не нужно воплощение пророчества от братства – им нужно свое воплощение, ручное. Ты для них досадная помеха – чем дальше ты от них сейчас будешь держаться, тем лучше. Так что используй свой шанс взглянуть за горизонт. Познай мир за пределами степи, и ты его покоришь. Я верю в тебя, остается тебе поверить в себя. Сейчас мы заночевали в степи. Здесь, у побережья, нет хороших пастбищ, и нет нашего народа. Здесь никого нет. Никто нас здесь не выдаст врагам. Завтра мы будем у стен Тувиса. Ты пойдешь в город один, на плохой лошаденке, как обычный бродяга.

Никто не должен знать, что ты внук Ришака."

"Ты должен будешь найти корабль, который отвезет тебя на север. У Тувиса большой порт, и кораблей там хватает – ты быстро найдешь нужный. Там, на нашей земле, не спеши возвращаться. Узнай для себя все. И еще – если ты что-нибудь узнаешь про Мокедо, найди его и уговори вернуться. Он нужен нам. Из всех небесных людей он единственный, кто чего-то стоит. И стоит он многого.

* * *

Ришак провел Тима почти до ворот. Лишь увидев стены Тувиса, дед остановил коня.

– Все Тимур – дальше ты пойдешь один. Прощайся с Кунаром.

Легко сказать: «Прощайся». Кунар часть Тимура – не легче чем с рукой проститься. И все это под колючим взглядом деда. Нельзя даже чувства свои показать – за слабость сочтет. Эх – ну почему люди придумали такие сложности? Почему нельзя путешествовать по миру вместе с Кунаром?

Дед, будто читая мысли внука, заговорил отрывисто, чеканя слова:

– С конем трудно попасть на корабль. И украсть его в городе могут легко. Или болезней нахватается от местной грязи. Да и Кунар слишком хороший конь – алчность будет возбуждать.

Не надо тебе привлекать внимание вороватых бродяг – для них подобный конь огромное богатство. Кунар не кошка – нельзя тебе с ним странствовать.

– Дед Ришак, я это понимаю. Прошу тебя – позаботься о Кунаре хорошо. Когда я вернусь, я хочу чтобы он меня встретил готовым к битвам.

– Тимур, никто не оседлает твоего коня, я сам буду изредка его выезжать, чтобы не отвыкал от седла. Лучшая трава и овес будут его кормом. Лучшие кобылы будут продолжать его породу. Не беспокойся о нем.

– Спасибо дед Ришак.

Тим на миг прижался к голове Кунара, отвернулся, влез на коренастую лошаденку, грубо пришпорил, направил к городским стенам.

Кунар, провожая друга недоуменным взглядом, жалобно проржал, но Тим не обернулся, лишь чуть ссутулился. Ришак, одобрительно кивнув, взял лошадь внука за уздечку:

– Пойдем Кунар, Тимура ты если и увидишь, то нескоро.

ГЛАВА 10

Тимур большую часть жизни провел в становище. Там помимо накхов хватало пришлых людей – с побережья, из заморских земель, даже с неба несколько упало.