Аргументы, предоставленные защитой, показались для нас столь серьезными, что мы рекомендуем прекратить это уголовное дело за отсутствием состава преступления.

После этой фразы в зале раздались негромкие аплодисменты.

Джулия, раскрасневшаяся от счастья, поднялась со своего места и с улыбкой поклонилась всем, как актер после удачного выступления — она‑то прекрасно понимала, что аплодисменты предназначаются для нее…

Необходимые формальности заняли несколько минут — и Мейсон Кэпвелл из подозреваемого в тяжелом убийстве вновь превратился в порядочного и уважаемого гражданина Санта–Барбары…

Когда Джаггер объявил, что слушание закрыто, Мейсон, подойдя к Джулии, при всех обнял ее за плечи и сильно поцеловал…

Заседание окончилось, и публика, обсуждая последние подробности, стала расходиться.

К Джулии, пробираясь сквозь густую толпу, подошел Гарри. Уэйнрайт в это время стояла на коридоре в обществе членов семьи Кэпвеллов, принимая многочисленные поздравления.

— Джулия?.. Она обернулась.

— А, это ты, Гарри… Ну, спасибо тебе…

Тот опустил голову.

— Спасибо тебе, Гарри…

— Не за что…

По его многозначительному виду Уэйнрайт поняла, что он очень хочет поговорить.

Улыбнувшись — улыбка предназначалась СиСи — Джулия произнесла:

— Простите, я на минуточку… Тот обернулся.

— Куда?..

Улыбнувшись, она ответила:

— Я же не могу оставить без благодарности этого вот молодого человека…

После чего, взяв Гарри под руку, вышла с ним на ступеньки здания суда.

Посмотрев на своего бывшего возлюбленного, Уэйнрайт сказала:

— Честно говоря, я никак не ожидала… Не ожидала такого.

Джулия в этот момент подумала, что теперь Брэфорд непременно должен сказать что‑нибудь такое, пошло–сакраментальное, вроде «это был мой долг», или же «я поступил, как велела мне моя совесть», но он по–прежнему молчал.

— Не думала, — продолжила Джулия с улыбкой, — что ты… — с ее языка уже готова была слететь фраза: «Что ты окажешься более смелым, чем я предполагала», однако в самый последний момент она подумала, что такое предложение прозвучит со скрытой издевкой, и таким образом она невольно обидит этого молодого человека, а это с ее стороны будет не только невежливо, но и более чем несправедливо — учитывая то, что он сделал для нее и для Мейсона сегодня, и потому Джулия изменила первоначальную формулировку, сказав: — Не думала, что ты не побоишься угроз этого проходимца, — и она кивнула в сторону окон зала судебных заседаний — туда, где несколько минут назад еще разыгрывалась судьба Мейсона Кэпвелла.

Наконец Гарри, подняв на нее взгляд, тихо–тихо произнес:

— Я сделал это не для того, чтобы услышать твою похвалу…

— Для чего же?..

— Для кого, — поправил он ее.

— Для кого, для чего — какая, собственно говоря, разница?..