Откинувшись на спинку кресла, Уэйнрайт углубилась в свои рассуждения…

Хорошо, еще раз с самого начала: есть потерпевшая. Лили Лайт, есть Мейсон, который обвиняется в преднамеренном покушении на ее жизнь. И есть Джакоби.

Хорошо.

Когда Лили Лайт выбрасывалась из окна, в гостиничном номере не было никого, кроме Мейсона. Это очевидно. Чтобы тот не мог помешать ее достаточно своеобразной мести. Лили попросила его пройти в ванную комнату и намочить полотенце — якобы, для холодного компресса.

А что, если…

Внезапно в голове Джулии пронеслась догадка, от которой у нее просто захватило дух…

Что, если Лили Лайт и не думала сводить счеты с жизнью?.

.

Она ведь могла вскочить на подоконник и начать кричать «Помогите!..» или что‑нибудь в этом роде. Площадка перед гостиницей «Эдельвейс» всегда многолюдна, в любое время дня и ночи — там и автопаркинг, и круглосуточное кафе — наверняка кто‑нибудь да услышал бы!..

То есть, подобным вот образом она заручилась бы поддержкой какого угодно количества свидетелей.

А ведь в подобных исках, как правило, симпатии судьи и присяжных стоят на стороне потерпевших женщин.

Да, наверняка, именно так и было — неужели отказ

Мейсона дать ей денег на строительство какого‑то храма мог послужить причиной такого поступка — попытки самоубийства? Нет.

Неужели то, что Мейсон Кэпвелл, по ее словам, «оказался совсем не тем человеком, которого она рассчитывала в нем увидеть», толкнуло ее на бетонные плиты под окном гостиницы?..

Нет.

Неужели только разочарование в Кэпвелле могло послужить причиной произошедшего?.. Нет, нет и еще раз нет.

На Лили Лайт это очень непохоже — она могла испытывать только корыстные интересы к Кэпвеллу.

Да, именно так: наверняка она хотела призвать кого‑нибудь на помощь.

Тогда все более–менее сходится: Лили Лайт договариваются с Джакоби о том, что та начнет изображать из себя жертву Мейсона. Предварительно они и составляют это письмо на имя Тиммонса — для подстраховки. Во всяком случае, они очень тонко рассчитали, что потом «потерпевшая» сможет со спокойным сердцем укорять Тиммонса словами: «Я ведь вам говорила!..»

Кстати, почему она решила составить именно письмо?.. Почему решила обратиться к окружному прокурору именно в письменной форме?.

. Ведь они были достаточно неплохо знакомы, кажется, даже говорили друг другу «ты» — достаточно было просто подойти и сказать…

Нет, недостаточно…

Почему?

А все потому, что частная беседа не имеет силы документа.

Дальше: Лили Лайт звонит Мейсону и назначает ему встречу в гостинице. Тот, разумеется, приходит, потому что ничего не подозревает. Лили, предварительно вымыв окно, просит, чтобы тот открыл его — разумеется, Мейсон оставляет при этом отпечатки пальцев.