— Следствие навело справки, и теперь нам доподлинно известно, что Лили Лайт на протяжении всей своей жизни не обращалась к психиатру… Она вообще отличалась завидным здоровьем… Значит, попытка самоубийства просто исключается.

Да, теперь Джулия ясно видела, что Тиммонс при своем обвинении будет опираться только на то, что нормальный человек, будучи в здравом уме, ни за что на свете не выбросится из окна без чьей‑либо помощи.

Не зря же он затребовал данные о том, обращалась ли Лили Лайт к психиатру или не обращалась… Стало быть, теперь он всячески будет игнорировать это странное письмо… А значит…

Значит, единственное спасение для Мейсона — акцентировать на этом письме внимание присяжных и Мэла Джаггера.

Кейт, неспешно прохаживаясь по подиуму перед местом судьи, заложив руки за спину, говорил:

— То, что в момент совершения преступления в номере Лили Лайт, кроме нее и Мейсона, не было ни единого человека, сомневаться не приходится. На этот счет есть свидетельские показания…

— Вот как?..

После соответствующих формальных процедур на свидетельском месте появилась чернокожая горничная — Барбара Майер, которая в то утро дежурила на этаже гостиницы.

— Мисс Майер, — произнес Тиммонс, — скажите, с которого часа вы заступили на дежурство?..

Видимо, горничная никогда ранее не давала показаний в суде и потому, чувствуя на себе повышенное внимание такого количества людей, растерялась.

— Ну, с шести утра…

— Вы все время были на коридоре?..

— Да.

— Если не секрет, чем вы занимались?

— Я поливала цветы… В нашем отеле так много цветов, и мне каждое утро приходится поливать их, — начала объяснять свидетельница.

Тиммонс продолжал свой допрос:

— Стало быть, любой человек, который бы в это время появился на коридоре, не ускользнул бы от вашего внимания, не так ли?..

Барбара, на минутку задумавшись, кивнула.

— Да, сэр. Хотя…

— Что — хотя?..

— Хотя в такое раннее время на коридоре гостиницы, как правило, никто и не появляется, — произнесла она. — Хотя нет, я не совсем то сказала вам: конечно же, бывает, что ходят люди… То есть я хотела сказать, что так рано утром обычно никто в номера не заходит, а наоборот — выходят оттуда…

— Что вы имеете в виду?.

— Ну, иногда я обращала внимание, что из номеров, которые снимают женщины, по утрам выходят мужчины… И наоборот…

Кейт только понимающе заулыбался — он вообще всегда улыбался, когда слышал какие‑нибудь гадости о людях, ему незнакомых, конечно — не говоря уже о тех, кого он хорошо знал.

По залу пронеслась струя веселья.

Судья Джаггер позвонил в колокольчик и строго произнес:

— Прошу тишины. То, что сказала миссис Майер, к рассматриваемому делу не имеет никакого отношения.