Помимо копий личных дел агентов, работающих в Союзе, я повез с собой в Аргентину оба саквояжа, затрофеенные у почившего Шиффа. В одном из них, как я уже говорил, были деньги, а во втором помимо кучи других интересных бумаг я нашёл такие, от которых слегка онемел. Что говорить, если там нашлась уже расшифрованная переписка Шиффа и Кагановича. Чую, скоро будет весело в Советском Союзе, как бы там не начали поступать с евреями по примеру фашистской Германии. Только и остаётся надеяться на здравый смысл руководства, которое сможет понять простую истину: не все евреи финансисты и предатели, есть среди них и достойные люди.

Когда я наконец добрался до Аргентины, конкретно до учебного центра, там меня уже с нетерпением ждало довольно много людей и не только тех, кого я сейчас готов был увидеть. Помимо Абрама Лазаревича, тут было человек десять с такими фамилиями, что впору было собой гордиться. Ведь обычно эти люди сами ни к кому не ходят, наоборот, к ним стараются попасть на приём. И далеко не всем это удаётся. Тут сейчас были, если так можно выразиться, патриархи самых важных еврейских семей, и эти самые патриархи терпеливо ждали, когда я соизволю обратить на них внимание.

Но главное, что здесь же были и бойцы, которых я вынужден был оставить в Штатах. Не все, конечно, но большая часть. Да и с отсутствующими, как выяснилось, тоже все в порядке.

Глава 13

Прошло полгода с момента окончания моего противостояния с еврейской мафией. Я сейчас собираясь в поездку, прохаживался вдоль выстроенной, как по линейке ряду военной техники, любовался хищной красотой собранных здесь изделий, подготовленных для переправки в союз и вспоминал все случившиеся за прошедшее время.

Разговоры, что с Абрамом Лазаревичем, что с патриархами еврейские семей получились очень непростыми. Те ещё кадры собрались в нашем учебном центре, хищники привыкшие драться до конца не взирая на препятствия. Тяжело было с ними совладать. Да и слово это, совладать не подходит, скорее находить общий язык.

Абрам Лазаревич, хоть и болел душой за Советский союз, но при этом не меньше переживал и за своих соплеменников тоже. Похоже патриархи донесли до него всю пагубность ситуации в которую угодили сами и утащили свой народ.

Нет, Абрам Лазаревич не стал на меня как либо давить или пытаться, что-то мне приказывать, понимал, что это по большому счету бесполезно. Он просто попросил не горячиться и постараться решить возникшие вопросы таким образом, чтобы по возможности избежать большой крови. Впервые я его видел таким, потерянным и я бы сказал, не понимающим каким образом разбираться в сложившейся ситуации."

"Разговор с патриархами, как уже говорил, получился очень непростым.