Просто неугомонные Орджоникидзе и Ворошилов уже к обеду нагнали толпу сотрудников, с которыми мне пришлось вести разговоры, объясняя им свои задумки, рассказывая все в подробностях и даже споря с некоторыми. Пока я занимался этой говорильней, а потом предварительным планом работ по подготовке доклада и подбором руководителей, как-то незаметно прошла неделя. Видя, что конца-края делам не будет, я потребовал себе самолёт, и когда мне после нескольких часов ругани с Ворошиловым его всё-таки предоставили, сразу сорвался к деду.

Одного меня в этот раз не отпустили, да и вообще отправили, как выразился Ворошилов, с опытным пилотом.

Собственно, и самолёт был другим, тоже один с моего концерна, но четырехместный. Как меня уверили, теперь рядом с деревней есть подготовленное место для посадки и более крупного аппарата, не то что нашего самолетика. Пользуясь случаем, я, естественно, постарался взять с собой побольше подарков. Ничего такого, просто закупил все, чего обычно не хватает в деревне, живущей своим укладом в отрыве от цивилизации. Как-то упустил я из внимания тот факт, что теперь ни о какой изоляции от внешнего мира и речи нет. Народ все необходимое может приобрести без проблем, ведь самолеты, который я подарил в прошлый свой приезд, благополучно летают по графику, так что и проблем с покупкой всего, что нужно, у них нет. Осознал я, что с подарками в этот раз накосячил, только на месте, когда увидел лицо деда, с удивлением глядящего на все это изобилие. Благо я додумался кроме того, что действительно нужно (по моему мнению) в хозяйстве, я ещё и деликатесов разных с выпивкой прихватил, чем немало порадовал деда. После положенных в таких случаях обнимашек, когда мы начали разгружать самолёт, я обратил внимание на незнакомую тётку, трущуюся рядом с дедом. Эта женщина как-то очень уж по-хозяйски командовала пацанами, помогающими разгрузить самолет. Дед, заметив мой интерес, как-то засмущался и произнес:

— Вот, Саша, это Варвара, я тут, пока тебя не было, женился."

"Сказать, что я охренел от такой новости, это ничего не сказать. Мой дед, ярко выраженный социопат, и женился, сказал бы кто другой, никогда бы не поверил, но тут пришлось. Теперь уже с интересом, пока мы разгружались, я наблюдал за этой тёткой и понял, что она не такая старая, как кажется на первый взгляд.

Вернее она и так старой не казалась, просто одежда слишком уж на ней бабская, что ли. А когда она, улучив момент, улыбнулась деду, я понял, что этой тётке едва ли больше тридцати лет. Осознав это, я только и подумал: «похоже, недалек тот час, когда у меня появится малолетний дядя». Эта мысль почему-то рассмешила, и я с трудом не расхохотался, когда дед уже официально представил нас друг другу.