Ведь этот гордый народ воевал с огромной западной машиной во главе с США, и что не часто было в двадцатом веке, победил капиталистов, объединив северную и южную часть страны в одно социалистическое государство. Нелегко им пришлось конечно, и даже в двадцать первом веке моего прошлого не все раны этой страшной мясорубки затянулись на земле Вьетнама.

В этом городе Нгуен уже несколько раз была за свою жизнь, правда при каких обстоятельствах, для нас оставалось загадкой, но она уверила, что здесь есть надежные люди, которые помогут решить оба наши вопроса, что касаются поиска лягушатника, ну и по трофейным делам, конечно же.

Мы собрали все ценности, которые хотели продать знакомым Нгуэн Тхимай, и вместе с ней сошли на берег.

Большой город встретил нас шумом торговцев, криком повозок и ароматами моря. Нгуэн Тхимай махнула рукой — к нам подъехал рикша и повёз через лабиринт городских улиц к китайскому кварталу, который встретил нас многоцветием огней, запахом жареного риса и пряностей. Узкие улицы были заполнены людьми, лавками и небольшими ресторанами. Красные фонари качались над входами магазинов, на стенах красовались иероглифы.

Нгуэн уверенно вела нас по извилистым переулкам, словно знала здесь каждый уголок. Мы прошли мимо ювелирной лавки, где сверкали драгоценные камни, миновали мастерскую по ремонту джонок и оказались на небольшой площади, где кипела жизнь.

— Здесь должен быть Ли Джен, — сказала Май, оглядываясь по сторонам. — Он помогал нам раньше."

"Внезапно из тени вышел коренастый мужчина в шелковом халате. — Кто? — спросил он, — о мёртвом Ли Джене беспокоится? Его голос был хриплым и угрожающим. — Теперь здесь правит Джан Хо, и он не любит чужаков.

В тот же миг со всех сторон появились вооружённые люди, в количестве не меньше дюжины. Мы с братьями поняли, что попали в ловушку.

— Вы пришли не вовремя, — ухмыльнулся главный. — Джан Хо не прощает ошибок, особенно когда речь шла о старых долгах. И он зло глянул на Нгуэн Тхимай.

Окружённые со всех сторон, мы оказались в реальной западне, из которой казалось придется прорубаться в прямом смысле этого слова. Но Май, сохраняя хладнокровие, достала медальон, висевший на её груди, и, раскрыв его, показала отморозку: — Этот знак принадлежал моему отцу — он был старейшиной из старого союза.

Тот, кто им владеет, имеет право говорить от имени всех кланов. Джан хо замер, глаза его распахнулись от удивления: — Откуда?

— Неважно! — ответила Май. Если хочешь жить — слушай меня.

В этот момент мы, готовые перейти к схватке, чуть-чуть успокоились. Но как оказалось, немного преждевременно…

Глава 9

Вьетнамские джунгли: По следам лягушатника

Повозки медленно продвигались по извилистой дороге, влекомые волами.