Один выглядел вполне прилично, его выдавала только грязь на костюме да характерные подёргивающиеся движения. Второй явно провёл в Улье не так уж мало времени — из одежды на нём осталась только рваная рубашка. Его Шпилька зарубила первым. Второго можно было бы и вовсе не трогать, но ведь заурчит сейчас, гад такой.

Брезгливо вытерев мачете о костюм медляка, Шпилька огляделась. Участок с задней стороны дома был небольшим. Зато забор, его огораживающий, возвышался аж на два метра. Это было бы печально, но кто-то большой, сильный и не умеющий пользоваться калитками, уже заходил в гости, оставив после себя недоеденный труп в дальнем углу и дыру в заборе.

Шпилька едва не бегом рванула в пролом — и тут же растянулась на земле, налетев на спрятанную в траве растяжку. В голове взорвался фейерверк.

— Ты гля, Сыч, чо у нас тут за цаца! Я думал, тут честный рейдер рапана завалил, а получается, баба, что ли?

Борясь с ускользающим в темноту сознанием, Шпилька повернула голову и скосила глаза на говорящего. М-да уж, видок такой же лихой, что и у вчерашнего мужика, как бы не из одной банды оказались.

Хорошо ещё, что Лайма опять куда-то запропастилась. Умная собака, слишком умная для животного. Шпилька отчего-то была уверена, что овчарка просто затаилась и, как и всегда, появится в самый необходимый момент.

Только непонятно, что она сможет сделать против до зубов вооружённых муров, которых тут минимум двое. А скорее всего — больше.

— А может, это она Банщика и завалила? Ну, чтоб рапан на него отвлёкся? — подтвердил подозрения говоривший. — Стволами вся увешана. Эй, баба, а ну признавайся, ты кореша моего грохнула?

— Баба тупая твой кореш, — неожиданно для самой себя выдала Шпилька, подражая бандитской манере разговора. — Как баба и попался заражённому.

А что ещё ей оставалось делать в нынешней ситуации? Слабым в Улье не место. Слабые слишком быстро умирают, и не только от рук заражённых. Так что надо учиться выстаивать. В том числе против тех, кто по всем законам биологии сильнее физически и психологически.

Её отвагу оценили по достоинству.

— Ах ты су… — резкий удар по скуле, и Шпилька вырубилась, так и не услышав окончание фразы.

Глава 7

О пользе водных процедур

Пробуждение было не из приятных. После знакомства с прикладом дико болела скула, затекли связанные за спиной руки. Во рту сухо, как в Сахаре, и, кажется, на зубах будто песок скрепит. Ну, не песок, конечно, а скорее эмаль, но звук очень похож.

Шпилька лежала, уткнувшись лицом в землю, и пыталась оценить ситуацию, в которой оказалась. Из хорошего было только то, что она всё ещё жива и, кажется, одета — что даже странно, если вспомнить предупреждение Танка про муров и их отношение к женщинам.

За жизнь, впрочем, Шпилька не особо переживала.