У продуктового бродили двое. На вид — неразвитые заражённые без споровых мешков. Значит, тупые и особой опасности не представляют, но кто знает, не прячется ли за каким-нибудь углом тварь посерьёзнее.

Но выбора, выходить или остаться тут, у Шпильки не было. Конечно, выходить. И валить как можно быстрее на какой-нибудь спокойный кластер.

Но еды набрать всё равно надо.

— Лайма, — позвала Шпилька, и овчарка послушно уселась у ног. — Погоняешь пустышей, чтоб они на меня всей кучей не навалились?

И потрепала собаку за ушами.

Овчарка посмотрела на Шпильку подозрительно разумным взглядом, словно могла понять смысл сказанных слов.

— Тогда вперёд, — с отчаянной лихостью бросила Шпилька, вынимая из ножен мачете. — Попробуем обойтись без лишнего шума.

Парочка, ошивавшаяся возле охотничьего магазина, на любезно открытую Шпилькой дверь отреагировала, как и положено, довольным урчанием.

«Какой же мерзкий звук, — подумала Шпилька. — Совершенно неестественный для человеческого горла».

Лезвие с односторонней заточкой свистнуло и с чавканьем проткнуло шею первого пустыша. Второй, не обратив внимания на безвременную кончину собрата, протянул руки — и тут же их лишился, оставшись с кровоточащими обрубками. Проверять, чувствует ли заражённый боль, Шпилька не стала, рубанула снова.

Овчарка, тем временем, с упоением носилась по парковке. Третий мертвяк безуспешно пытался её догнать, иногда совершая короткие рывки на два-три метра, но собака всякий раз успевала увернуться.

Шпилька, почему-то уверенная, что этого заражённого Лайма к ней не подпустит, направилась к продуктовому. Двое зомбаков, дежуривших там, оказались уже не медляками, а вполне себе бегунами. Впрочем, ума это им не прибавило, Шпилька в последний момент отшагнула в сторону от несущегося на неё заражённого и на развороте пнула его ботинком чуть пониже спины, добавив ускорения и отметив про себя, что сдерживать позывы к опорожнению кишечника заражённые, кажется, не считают нужным. Второго уже привычно рубанула мачете. Развернулась к первому и только успела увидеть, как тот валится на спину под весом напрыгнувшей на него черно-рыжей тени.

— Да ты ещё полезней, чем я думала, — похвалила собаку Шпилька. — Ну теперь пойдём, может, и для тебя что-нибудь вкусное найдётся.

Из продуктового Шпилька вышла с рюкзаком, под завязку набитым консервами и собачьим кормом. Боковые карманы рюкзака оттягивали бутылки с водой и коньяком — брать водку неизвестного розлива Шпилька поостереглась. А ещё — кола, столь любимая Шпилькой в прошлом. Не самый разумный выбор, но устоять она не смогла — когда ещё доведётся почувствовать этот неповторимый химический вкус.