Предприняв отчаянную попытку приостановить сползание в бездну чтобы потом не раскаиваться в содеянном, я нашел в себе силы сказать:

— Может, мы искупаемся завтра, а сейчас я отвезу вас домой? Боюсь, вы будете утром жалеть.

Не дав мне закончить, она отрицательно покачала головой:

— Я никогда не жалею о том что делаю.

2— Дай мне сигарелу!

Я протянул руку к прикроватной тумбочке и, вытряхнув из пачки сигарету, чиркнул зажигалкой. В мигающем свете крошечного огонька лицо ее выражало безмятежное спокойствие, и, когда наши взгляды встретились, она улыбнулась.

— Не думай обо мне плохо, дорогой, — негромко сказала Марго.

 — Это случается нечасто. Ты можешь не верить, но в такие минуты мною руководят не поддающиеся контролю импульсы, я не чувствую стыда, лишь счастье, что меня любят. — В темноте она нашла мою руку.

Мне было приятно слышать ее слова, и все же я испытывал смущение, что все произошло так быстро и неожиданно. Слишком быстро я поддался своему чувству, такое легкомыслие было непозволительным.

— Ты чудесная девушка, — сказал я, касаясь губами ее лица.

Пальцами она провела по моим волосам.

— Все кажется чудесным, пока люди нравятся друг другу, — чуть печально произнесла Марго и, соскользнув с кровати, бесшумно вышла из комнаты.

Надев халат, я последовал за ней. Она стояла перед застекленной дверью, напоминая в серебристом свете луны прекрасное изваяние мастера.

— Поплаваем, Лу? — сказала она, беря меня под руку. — А потом я уеду."

"Отплыв от берега ярдов на двести, мы не спеша повернули обратно. Теплая вода обволакивала наши тела, стояла ничем не нарушаемая тишина, и мне стало казаться, что на всей планете существуем лишь мы одни.

Держась за руки, мы вышли из воды и побрели по песку. На ступеньках террасы Марго остановилась и подняла на меня глаза. Я обнял ее гибкое молодое тело.

— Было так чудесно, Лу, — сказала она. — Я снова приду, если тебе не скучно со мной. Мне надо одеться. Ты отвезешь меня?

— Конечно. А ты не можешь остаться здесь на ночь?

Она отрицательно покачала головой.

— Нет. Мне тоже хотелось бы остаться, но горничная шпионит за мной. Если я не вернусь, она сообщит отцу.

— Знаешь, я буду платить тебе за этот домик, — внезапно сказал я. — Тридцать долларов в неделю.

Я могу позволить себе эту сумму, деньги пригодятся на шпильки.

— Очень мило с твоей стороны, но это не меняет сути дела. Мне нужны большие деньги, а не мелочь. Нет, пользуйся домом бесплатно, платить ничего не нужно.

Пока мы ехали, я решил задать вопрос, весьма интересовавший меня. У нее было хорошее настроение, и я полагал, что она согласится ответить.

— Как ты думаешь, твой отец мог нанять частного сыщика?

Марго уютно расположилась рядом со мной, положив голову на спинку сиденья.