Кровь отхлынула от лица Петтерсона. Он вдруг понял, что должно произойти.

— Все в порядке, — сказал он севшим голосом. — Если вы мне так советуете, то так и будет. Но что я должен сказать, если она позвонит мне?

— С чего вы решили, что она вам позвонит? — с этими словами Бромхид вышел из спальни.

Петтерсон похолодел. Он вдруг понял, что влип в такую историю, которая выходит далеко за рамки мошенничества, но блеск золота уже ослепил его. Ведь надо было думать и о себе. Придется во всем положиться на Бромхида. Слишком глубоко он завяз в этой истории. Обратной дороги нет!

Петтерсон вышел в вестибюль и открыл входную дверь пентхауза.

Он видел, как Шейла на террасе ставит орхидеи в вазу. Он подошел к лифту и, войдя в кабину, нажал кнопку первого этажа.

Спускаясь вниз, он чувствовал себя совершенно разбитым. В этой ситуации он ничего не может изменить… нужно во всем довериться Бромхиду. Завтра утром, если не произойдет чего-нибудь экстраординарного, она обязательно позвонит и спросит, почему он не едет.

«Если вы не хотите потерять свои деньги, мистер Петтерсон… ничего не делайте».

С тех пор, как он прочитал завещание старой леди, он не мог думать ни о чем, кроме как о деньгах, которые должны были отойти к нему.

Он, конечно же, оставит банк. Полностью сменит весь свой гардероб. Закажет билет на суперлайнер «Квин Элизабет» и совершит круиз по Европе. Вначале Лондон. Разумеется, остановится в отеле «Дорчестер», затем Париж, отель Плаза». И девочки… девочки! Две недели в Риме. Южное солнце так успокаивает. Он даже может остаться гам на целый сезон. Капри — это же чудо!..

Но едва лифт остановился на первом этаже, он вновь вернулся к действительности. Ничего не делать! Ему казалось, что это кошмарный сон.

Бромхид! Он казался таким уверенным. Ничего не делать! Не делать!

Дверь лифта бесшумно раскрылась, и он вышел в холл.

— Привет, Крис!

Он оглянулся, и его сердце едва не остановилось от ужаса. С широкой улыбкой к нему приближался человек, которого здесь он совсем не ожидал увидеть: Эйб Вейдман. Продолжая улыбаться, он дружески пожал руку Петтерсону.

— Вот так сюрприз, Эйб! Что вы здесь делаете?

— Думаю нанести визит вежливости старой леди… она любит такие знаки внимания. Заодно еще раз гляну на Пикассо.

Вы были у нее?

— Да, — мозг Петтерсона отказывался работать, и лишь громадным усилием воли он взял себя под контроль. — Послушайте моего совета, Эйб, не ходите туда, она в очень плохом настроении.

Вейдман удивленно поднял брови.

— А в чем дело?

— Почем я знаю. Бывает, временами на нее находит. Да вы и сами ее знаете. Дело в возрасте, я думаю. — Он подхватил Вейдмана под руку. — А не выпить ли нам?

Эйб заколебался, потом пожал плечами;

— Ну, если у нее плохое настроение…

Они направились в сторону бара.