Длинные волосы водопадом ниспадали чуть ли не до талии. А во рту виднелся недоуздок. Данная деталь как-то не гармонировала с изящным охотничьим костюмом. Наверное, незнакомец решил так же и выплюнул железяку. После чего, опираясь на дверь и чуть покачиваясь, встал.

— Ты кто? — нахмурился Гиз.

— Конь в пальто, — ржанул мужчина, тряся головой, отчего густая рыжая грива живописно заколыхалась.

— А где пальто? — с пьяным оживлением не замедлил уточнить Фаль, аж шею вытянул, обозревая наряд гостя, под категорию верхней одежды указанного толка не подпадающий.

Так, а почему его не заинтересовало другое: где конь? Или… рыжие волосы, недоуздок во рту, упряжь под ногами, явные затруднения с прямохождением, а самое главное — посверкивающие знакомой хитринкой глаза. Все встало на свои места. Истина, та самая, которая всегда где-то рядом, показалась во всю ширину немаленьких плеч от всей души смеющегося детины. Смеющегося над ситуацией, над собой, а заодно и над нашей реакцией на расхожую и так к месту пришедшуюся шутку, которой я когда-то поделилась с друзьями-иномирянами.

— Дэлькор! — обалдев, выпалила я. — Как тебя угораздило?

— Ой, Ксения, подруга моя ненаглядная, ведал бы, тотчас назад перекинулся бы. Как вы только на двух копытах ходите, — посетовал жеребец и снова мотнул головой, отбрасывая с лица пряди волос.

Пользоваться для этой цели верхними конечностями он еще не наловчился или боялся отодрать их от точки опоры. Н-да, а выражался-то мой дорогой коник, как не каждый встречный сможет, вот что значит — в эльфийских кругах вращался. У повернутых на изяществе остроухих и жеребец волей-неволей как придворный заговорит.

Повизгивающий от восторга Фаль (ну еще бы — стоило задремать на секундочку, а тут такие дива дивные творятся), сорвался с моей ладони и помчался к Дэлькору.

— Ты оборотень? — не по-доброму нахмурился Гиз. Ой, чует мое сердце, киллер собрался немножко поревновать. Шутка ли, который месяц меня на спине таскал такой ражий детина, да еще при каждом удобном случае лицо лез облизывать."

"— Никогда ранее превращаться не доводилось, — задумчиво разглядывая одну из ладоней, поделился информацией Дэль, перехватил руками косяк и стал изучать вторую. Пальцы были длинными, изящными, ладонь узкой, относительно, разумеется. При росте коника моя рука в его длани с легкостью потерялась бы.

Ликующий сильф добрался до своего лучшего друга, за внешностью коего следил придирчиво и строго, плюхнулся на макушку, обдавая человеческую ипостась жеребца фонтаном пыльцы. Свесившись вперед, Фаль заглянул в глаза Дэлькору, нежно объявил:

— Ты все равно красивый! — и звучно чмокнул его в лоб.

Так он обычно делал, когда Дэль бегал на четырех копытах, не стал отступать от своих привычек и теперь.