– Похоже, ты давно об этом думаешь, – задумчиво отозвался Нгусу.

– Приходится, – пожал плечами Ли. – Ты даже представить себе не можешь, о скольких вещах мне приходится думать.

Мужчины замолчали, обдумывая дальнейшие действия.

Тем временем из торгового дома начали появляться первые накормленные и отмытые от дорожной грязи девочки. Заметив сидящих у входа спасителей, они принялись растерянно топтаться рядом, не зная, что сделать или сказать. Заметив их мучения, Ли чуть усмехнулся и, подозвав самую старшую, попросил рассказать, как она оказалась в караване и что видела или слышала.

Немного подумав, девочка заговорила. В её истории Ли не услышал ничего нового.

Обычная семья кочевников переходила по пустыне от одного оазиса к другому, пытаясь прокормиться и вырастить детей. В один не самый прекрасный день они попались на глаза торговцу. Остановив караван, он начал разговор с главой семьи, а когда его охранники незаметно окружили семью, застрелил его. Убили всех: родителей, старших братьев и сестёр, даже маленьких братишек. Стадо бросили, а её и сестру пристегнули к цепи и посадили в грузовик. Так они поступали со всеми мутами, попадавшимися им в дороге. В итоге было уничтожено двадцать семей кочевников и двенадцать семей огородников. Охранники торговца не щадили никого. Скот бросали, а жалкие лачуги просто сжигали.

О планах этих торговцев девочки почти ничего не знали. На привалах их выводили из машины только для того, чтобы накормить и дать справить нужду. После этого их снова загоняли в кузов и плотно зашнуровывали тент. Старших девочек сразу после поимки насиловали и секли плетьми, чтобы навсегда выбить дурь и научить почтению – так говорили сами торговцы. Младших регулярно били.

Выслушав эту историю, Нгусу тихо скрипнул зубами и, покосившись на Ли, осторожно спросил:

– Как же вы всё это вынесли?

– Пришлось, – просто ответила девочка. – Жить-то хочется. А то, что изнасиловали, так к этому нам не привыкать. Дикие часто стадо догоняли. В первый раз страшно, больно, противно. А потом перестаёшь об этом думать, просто лежишь и смотришь в небо. Главное, чтобы потом не убили.

– Всё это делали чистые? – не унимался Нгусу.

– Конечно. Муты тоже иногда в банды собираются, но они не такие жестокие. Ну возьмут корову-другую. Могут и кого-то из молодых девушек за кусты увести, но это только если она сама не против. Но никогда никого из семьи не трогали. Не убивали. Побить могли, а убить – нет.

– Почему? – удивился Нгусу.

– Потому что они все знают, что значит жить в этой пустыне и пытаться просто выжить. Они все из таких же семей, – мрачно ответил за девочку Ли. – Иногда мне кажется, что чистые – это просто бешеные скорпионы. Я давно объявил бы им войну, не будь мои учителя чистыми.