Почему ты велел мне сидеть там? Я могла пойти домой и ждать! Вор открыл дверь ключом, он не взломал замок».

Жених пару минут сидел молча, потом сказал: «В загсе есть сторож, за небольшую мзду он написал название улицы и номер дома начальницы. Нет необходимости ломать замок, преступники пользуются отмычками. На скамейке я тебя оставил, потому что думал, что удастся быстро уговорить бабу. Ты заподозрила меня в краже? Решила, что я специально повел тебя расписываться в понедельник, когда загс закрыт, усадил в парке, а сам тебя обокрал? Предположила, что я упер лису, потому что Уна назвала ее самой ценной вещью? Действительно, все говорит не в мою пользу. Но я не имею ни малейшего отношения к ограблению! Кстати, я имел массу возможностей обокрасть тебя раньше, почему не сделал этого, а?» «Прости, прости, – зарыдала Кристи, – я сошла с ума от переживаний, вот и не понимаю, что несу. Слишком много неприятностей в один день. Сначала не состоялась свадьба, а теперь кража! Я люблю тебя!»"

"«Можно ли испытывать к человеку светлое чувство и одновременно считать его бандитом? – перебил ее жених. – Как бы ты реагировала на это? Испытала восторг? Радость? Или ощущение обиды? Несправедливости? Кто, рискуя жизнью, вывез тебя из Германии? Устроил в Москве? Заботился о нелегальной эмигрантке?» «Прости, прости, прости», – твердила Кристи. «Поеду домой», – сказал Алексей и направился к двери. «Прости, прости, прости», – говорила Кристина, следуя за ним по пятам. «Потом поговорим», – сухо отозвался Алексей и исчез.

Кристина зарыдала и упала на кровать. Когда очередной приступ истерики завершился, бедняжка попыталась заснуть, но ничего не вышло. Кристи вертелась с боку на бок, внезапно почувствовала укол в ногу, увидела на щиколотке каплю крови, встала, встряхнула постель и увидела, как на пол упало бриллиантовое кольцо-малинка.

Похоже, вчера, полюбовавшись на драгоценности, Кристи сгребла их в чемоданчик и случайно оставила перстенек в складках. Украшение скатилось на матрас, ночью не помешало хозяйке, но сейчас оцарапало.

На следующий день Алексей не появился. Да Кристи его и не ждала. Она понимала, как сильно обидела любимого. Оставалось лишь надеяться, что Алеша скоро оттает, вспомнит про беременность подруги и простит ее. Но шли недели, месяцы, Алексей словно в воду канул.

Коллеги в издательстве шушукались, глядя на живот Кристины. В те годы женщину, которая собиралась родить ребенка без мужа, считали проституткой. Неизвестно, как повели бы себя товарищи по работе, но главный редактор издательства, одышливый толстяк Игорь Семенович Брунов неожиданно встал на защиту будущей матери-одиночки.