Сегодня вечером ты показался мне хорошим человеком, спас жизнь Кузьме Сергеевичу. Но потом белое стало черным.

Ваня потер затылок.

– Я попал в плохую историю. Мы с Мишей родственники, его отец и мой – двоюродные братья.

– Это не прямое родство, – перебила я Ивана.

– Вроде да, но они дружили, нас с Мишкой воспитывали вместе, – пояснил Ваня, – Михась постоянно дела мутит, а я вечно с ним. Иногда не очень его развлекаловка нравится, но выбора-то у меня нет.

– Выбор всегда есть, – не согласилась я, – идти – не идти, делать – не делать, пить – не пить. Все зависит исключительно от человека! Если ты отправился с приятелем грабить банк и попался, ругай не его, а себя, мог ведь отказаться.

– Ты не знаешь Мишку, – вздохнул Иван, – он прилипнет хуже жвачки, не отскрести. Я согласился поехать в «Кошмар», хотя вообще-то воровать нехорошо.

– Спорить не буду, – кивнула я, – кроме того, нехорошо приезжать в гостиницу, врать Изабелле Константиновне, что хотите снять ее в кино, селиться в отеле бесплатно, а в ответ на гостеприимство хозяйки затевать в доме спектакль с привидениями, трупами и распотрошенными подушками.

– Ты о чем? – заморгал Иван.

– Хватит, – поморщилась я, – врать и воровать стыдно.

– Ну, я тоже так подумал, когда Мишка про историю в Мартенбурге рассказал, – кивнул Ваня, – и вы с Изабеллой Константиновной мне при первой встрече совсем не понравились. Две фри! А сегодня что-то меня торкнуло, – продолжал Ваня, – нехорошо мы делаем. Ты мне так смело помогла при операции. Да Мишка упертый. Его с места не сдвинуть. Короче, я решил все тебе рассказать. А сию секунду заколебался. Вдруг Михаил прав? Я плохо в людях разбираюсь. Изабелла Константиновна теперь кажется мне симпатичной, а ты ваще прямо герой. Но вот вопрос: вы знали?

– Что? – не поняла я.

– Про Мартенбург и воровство, – после паузы поинтересовался Ваня, – ответь честно, я измучился, не мог заснуть, извертелся в кровати, поэтому и пришел! Ты оказалась совсем другой, смелой и не дурой. Давай поговорим откровенно.

Глава 21

– Мартенбург? – переспросила я. – Похоже на название города в Германии.

– Точно, – согласился Иван, – после войны он отошел к коммунистам.

– И что? – не поняла я. – Никогда там не была.

– Изабелла Константиновна тебе ничего про Мартенбург не рассказывала? – не успокаивался Ваня.

Я совсем потеряла нить разговора.

– Нет.

– А Алексей Николаевич Варбакас? Может, дед чего натрепал? – спросил Иван.

– Он скончался до моего рождения! Сколько мне, по-твоему, лет? – рассердилась я.

Ваня откинулся в кресле.

– Ты вообще что о старике слышала?

– Дед воевал, вернулся в Москву, стал портным, женился на бабушке, – кратко перечислила я вехи биографии Алексея Николаевича, – умер он давно, был намного старше жены.