Если сюда же добавить эффект неожиданности, то можно быть уверенным, что вся боевая часть операции закончится в течение нескольких секунд.

Майор Арефьев вышел на связь через полчаса.

– Мы отработали… Алексей… Мы заедем за Валерой и Виталиком… Пусть на дорогу выходят через час двадцать… Тебе я только сочувствую… Тебя еще долго будут на допросы таскать…

* * *Еще до того как Валера с Виталием ушли, к забору подъехал «Запорожец». За рулем сидел не Мишка, а дядя Леня. Мишка с переднего сиденья встал, и Алексей издали увидел его окровавленную грудь. И потому закостылял, торопясь, навстречу.

– Как же тебя угораздило…

У Мишки с левой стороны была сильно рассечена грудная мышца. Но ранение было не проникающим и жизни не угрожало.

– Ерунда, заживет… – отмахнулся Мишка. – Шуганули мы этих дагестанцев… Один с ножом на меня выскочил… Я как раз кол только поднимал… Но потом я опустил… Ему прямо на рожу… Там не рожа, а незнам чего стало… Короче, дал я им неделю от твоего имени, чтобы убирались… Дома продать и мотать домой…

– Тебе к врачу надо… – чему-то улыбаясь, сказал старший лейтенант Разгуляев.

– Я еще жить хочу… – улыбнулся и Мишка, показывая в дополнение ко всему и выбитый зуб. – У нас тут ветеринар-пенсионер живет… Он любую рану зашьет… Не впервой… А батя-то мой… А… Не смотри, что старый и больной… Рука-то тяжелая… Как приложился одному, аж ноги на заборе повисли, а сам за забором…

– Значит, еще и это на мне… – вздохнул Алексей…

ЭПИЛОГ

– Ты что, думаешь, новости мне рассказать сможешь? – Артем Палыч, кажется, пьянеть начал уже основательно. – Ничего нового я от тебя не услышу… И что к тебе какие-то помощники пожаловали, тоже понимаю… Одному тебе не по силам было это дело провернуть…

– Я не один был… У меня в деревне и родня, и друзья… – скромно сказал Пашкованцев. – Да и сослуживцы поддержать меня приезжали… Вы же видели сами…

– Родственники… Друзья… Алкашня… Такие же, как я… – отставной следователь опрокинул в рот очередную рюмку. – И ты виноват, что я пить начал каждый день. Я раньше лучшим следователем в прокуратуре считался. Лучшим на весь район… Вон хоть отца Георгия спроси… Он меня много лет знает… И ты думаешь, не мог бы я тебя посадить? Да как нечего делать… Людей с гораздо меньшей виной сажают… Вообще без вины сажают… Надо посадить, мешает кому-то – как нечего делать… Хлоп!..