Мастер бросил на него неприязненный взгляд; машинально протянув руку, вызвал ближайший «куб» и выудил из него стакан сэлли. Он сделал глоток, другой, затем сунул стакан обратно в «куб», где тот, как обычно, должен был мгновенно утилизироваться, и… тут его снова накрыла та самая утренняя осоловелость. Ликоэль, вслушиваясь в свои ощущения, хрипло вздохнул. Это что же, значит, одной порции лечения для него оказалось недостаточно? Или… или с ним что-то сделали еще раз? Но кто?! Мастер замер, ошеломленный наиболее вероятным предположением, но тут налетела вторая волна запахов, так что всех, кто находился на террасе, подхватил вихрь эмоций, смывших все остальное. Ликоэль почувствовал, что ему внезапно стало трудно дышать… и тут послышался знакомый голос:

– А ведь у них и правда может получиться, адмирал! Меня так вообще пробрало до печенок…

Ликоэль быстро обернулся. На террасе, чуть выше, рядышком сидели трое инструкторов и еще двое: невысокий щуплый мужчина с интересным, довольно узким разрезом глаз (мастер вспомнил его – четвертый ассистент в иуэле Беноля), и миловидная миниатюрная женщина.

– О, Ликоэль, привет! – взмахнул рукой старший лейтенант Воробьев. – Рад тебя видеть. Как отдыхается, Вооруженный?

И в этот момент заваленный ворохом бурных, но во многом мусорных эмоций руигат окончательно проснулся и, встряхнувшись после долгого сна, посмотрел на мир глазами мастера.

– Отлично, инструктор, – улыбнулся Ликоэль. – Рад вас видеть.

– Я тоже, – добродушно хохотнул Иван и, толкнув локтем соседа, сказал: – Вот тебе и ответ, Банг. Пока смотришь – пробирает. А найдется какой сержант или там фельдфебель, рявкнет команду – тут-то все и пройдет. А уж затем… – Он махнул рукой.

– Кто это такие? – дернув Ликоэля за рукав, удивленно спросила Интенель.

Мастер улыбнулся ей:"

"– Друзья. Мы… некоторое время работали вместе. И скоро будем опять.

Ему показалось, или Интенель действительно вздрогнула и больно стиснула его руку в районе плеча? Но руигат уже не спал, поэтому Ликоэль рефлекторно напряг бицепс, как он научился делать для того, чтобы воспрепятствовать противнику нажимом на ключевую точку вызвать мышечный спазм.

– Прости дорогой, – тут же раздался шепот Интенель.

– За что? – удивился Ликоэль, обнимая ее за плечи.

– Ну… я сделала тебе больно…

А у Ликоэля в памяти возникли тренировочные схватки, во время которых выработался этот рефлекс, и он рассмеялся:

– Нет, что ты, ничуть.

Домой они вернулись все на том же «овале». Ликоэль успел переброситься с инструкторами несколькими фразами, которые, впрочем, звучали очень интригующе. Например, по поводу того, что им теперь предстоит стать по-настоящему Вооруженными и что они лишь теперь поймут, что такое серьезное оружие.