"

"— Я знаю, что ты слышал то, что я рассказывала остальным в доме мэтра. — Нила замолчала, а Ван не стал задавать наводящие вопросы. Если хочет что-то сказать, пусть говорит сама. — У тебя остались как-то вопросы? — В конце концов продолжила девушка, стараясь не смотреть на каменную статую, прикосновения к которой до сих пор обжигали ладони, губы и бедра.

— Нет. — Последовал резкий отрицательный ответ.

— Хорошо… А… — Нила замялась, не зная, как озвучить свою просьбу. Ван же ждал, как кот, подкравшись вплотную и только ждущий, когда любопытная мышка высунет свой нос из норки.

Он ждал, что она предложит ему союз.

Сама.

И тогда он сможет рассказать ей все, что об этом думает.

Он так не поверил, что их мир может нуждаться в помощи. Эта навязчивая идея скорее похожа на влияние очень опытного и сильного мага. Особенно, если учесть состояние мэтра Розаро по прибытии. И он, Ван, не Дир, не попадется в расставленную ловушку.

Вопреки всем ожиданиям сильфа, девушка задала совершенно другой вопрос:

— Раз ты все знаешь, ты можешь нам помочь? — Нила наконец-то посмотрела на сильфа и тот увидел в ее глазах сомнение и, одновременно, отчаянную надежду на то, что он ответит согласием.

— Ты предлагаешь мне бросить своих людей, отказаться от поездки к вашему правителю и, как следствие, от помощи и заключения мира. Ради чего? Ради твоей навязчивой идеи? Фантазии, что не имеет под собой ничего, кроме домыслов?

Вана прорвало, наконец он мог не безосновательно излить свою желчь.

— Фантазии?! Домыслы?! Но разве ты не видишь, что мы и правда изменились? — Внутренне сжавшись в комок от обиды, Нила не сдавалась. Она считала, что помощь Вана, без всяких привязок и обетов, будет оптимальным выходом из сложившейся ситуации.

— Изменились. Но не настолько, чтобы оправдать идею спасения мира кучкой существ, что и сами нуждаются в дополнительной помощи. Или мне надо поверить в то, что Покровители этого мира исчезли, опираясь только на твои видения? Но кто сказал, что они не навеяны?

Нила стояла ни жива, ни мертва.

Оказывается, на ситуацию можно смотреть и по-другому.

Это ей все было понятно, она ни минуты не сомневалась, ни в существовании Ниэля, ни в своих магических способностях, ни в своих мужчинах.

Может, расскажи и ей кто-либо подобную историю, она бы усомнилась. Но для не все складывалось по кусочкам, как мозаика. Начиная с ее собственного назначения на практику и заканчивая появлением татуировки на запястье травника. Кусочки, что постепенно сложились в полноценную, пусть и не радостную, картину.

Но почему тогда остальные поверили сразу? Потому что шли с ней бок о бок постоянно, видя изменения в ней и в себе?

А Ван… Ван всегда вел собственное сражение. С тем злом, что понятно ему.