Я снова представляла себя в свете Электрического Кольца – и вновь узрела опаловое сияние Центральной Сферы:

Полна там воздушных утехЛюбовь, возращенная бурей;И взоры лучистые ГурийИсполнены той красотой,Что чувствуем мы за звездой.Постепенно я обнаружила, что мои пальцы с нежностью распутывают небольшой клубок мажорной мелодии – такой же ласковой и по-детски простой, как невинный лепет маленького ручейка, что бежит среди папоротников. Я безропотно последовала за легкомысленной мелодией, пока она сама не привела меня к подходящему концу, – и перестала играть. Меня встретил взрыв аплодисментов: подняв взгляд, я увидела, что мужчины вышли из столовой и окружили меня. Величественная фигура Гелиобаса была самой заметной в этой группе – он стоял прямо, положив одну руку на корпус рояля, а его глаза пристально всматривались в мои.

– На вас снизошло вдохновение, – сказал он мне с серьезной улыбкой. – Вы не заметили, как мы вошли.

Я уже собиралась было ответить, как над нами прогремел оглушительный и пугающий раскат грома, словно внезапно рухнуло большое здание. От этого все на мгновение замолчали и с ужасом посмотрели друг другу в лица.

– Хороший раскат, – заметил мистер Чаллонер. – В грохоте чувствуется уверенность. Решение принято.

Зара вдруг соскочила со своего места и отдернула шторы на окне.

– Интересно, идет ли дождь, – сказала она.

Эми Эверард вскрикнула от испуга.

– О, не открывайте окон! Это очень опасно!

Гелиобас взглянул на нее с легкой саркастической улыбкой.

– Если вы переживаете, мадам, садитесь в другом конце комнаты, – сказал он тихо, ставя кресло в предложенное им место, и Эми охотно с ним согласилась.

Мне казалось, предложи он ей – она с радостью спряталась бы и в погребе для угля. В это время Зара, не слышавшая испуганного возгласа миссис Эверард, отдернула одну из штор и молча стояла, глядя в ночь. Мы все, за исключением Эми, невольно присоединились к ней и тоже посмотрели в окно. Небо было очень темным, слабый завывающий ветер трепал вершины голых деревьев, тем не менее дождь не шел. Атмосферу распалял сухой вулканический зной – каждый чувствовал, насколько удушлив воздух. Гелиобас вообще распахнул окно со словами:

– Во время грозы безопаснее держать окна открытыми, кроме того, так мы точно не задохнемся.

Внезапно перед нашим взором мелькнула яркая вспышка. Небо словно разорвалось от края до края, и в самом сердце огромных черных облаков задрожало бескрайнее озеро бледно-голубого огня – все это лишь на секунду. Последовал приближающийся, нарастающий, раскатистый гром, который, казалось, сотрясал землю – и мир снова погрузился во мрак.