Чтобы горшки было кому за тобой выносить?

Делаю шаг вперёд, но не подхожу ближе из-за Вальтера. У этой чокнутой хватит дури написать заявление на собаку.

– А ты решила вспомнить про мужа? Проверить, живой он или нет? – Всё равно не могу сдержать себя.

– Ты смотри-ка! Какая идиллия! – Марина окидывает меня презрительным взглядом с головы до ног, но видимо, не считает достойной внимания. – Ключи! – требует, протянув руку.

Вальтер дёргается, заставив Марину отступить на шаг."

"– Лучше убери пса. Иначе его быстро усыпят, – бросает мне. – И да. В твоих услугах больше никто не нуждается.

Свободна!

Я не знаю, что мне делать. Просто так оставить Лёшу с этой гадиной я не могу.

– Мне вызвать полицию, а заодно и живодёрню? – давит Марина.

Ничем хорошим это не закончится. По закону она жена, и это её дом. Достаю из кармана ключи и хочу положить на протянутую руку, но Лёша забирает их у меня. Он сам открывает дверь и заходит в квартиру, а его жена ухмыляется, глядя ему вслед.

– Зачем он тебе? Ты всё равно его бросила, ни разу даже не вспомнила. – Я всё ещё надеюсь, что благоразумие возьмёт верх. Ведь Марина ясно дала понять – Алексей ей не нужен.

– Зачем? Я его жена. Или ты забыла?

Нет. Я не забыла. Об этом я помнила каждую минуту. Как о самом страшном кошмаре. И вот он обрёл материальные очертания, разбив крохотные надежды, что Марина без возражений подпишет согласие на развод.

– Алексей всё равно разведётся с тобой, – произношу вслух больше для себя, чем для неё.

– Тебя это никак не касается. – И ледяной взгляд в упор, который говорит, что просто так её не сдвинуть.

– Мне нужно забрать свои вещи.

– Забирай и проваливай.

Хочу зайти, но Марина жестом останавливает.

Берёт мою сумку и пакет с продуктами, который я не стала разбирать, оставив в прихожей, и выставляет за порог.

– Не думай, что я оставлю всё так, как есть. Я позвоню Володе и Сержу. У тебя не получится запереть мужа в доме инвалидов.

– Звони, кому хочешь. Хоть президенту Америки, – добавляет с какой-то садистской радостью Марина и, заметив моё растерянное лицо, захлопывает перед моим носом дверь.

Душу разрывает от чудовищной несправедливости, а сердце рвётся туда, где остался Алексей. Он уже не беспомощный, но противостоять один против здоровых мужиков, если за ним приедут, не сможет.

Достаю телефон и набираю номер Володи. С каждым длинным гудком надежда на помощь меркнет. Я похожа на маленькую девочку, которая не знает, что делать, и готова разрыдаться от своего бессилия. Если бы только слёзы могли решить проблему.

Совершенно забыв про пакет, спускаюсь по лестнице на этаж ниже, где живёт Лариса Олеговна. За новой металлической дверью громыхает музыка, и слабую трель звонка не слышно. Ругаю на чём свет стоит Дэвиса и со всей силы стучу кулаком в дверь.