– Мне иногда кажется, что собаку ты любишь больше меня, – Марина опускает руки на мои плечи и ведёт ими вниз.

Накрываю тонкие кисти своими руками. Я только что пришёл с работы и здоровался с четвероногим другом, присев на корточки.

– Мариш, он ведь тоже скучает… – Целую жену в обе руки.

– А я, думаешь, нет? – с придыханием шепчет Марина, и меня накрывает. Словно по телу проходят перепады напряжения в замкнутой цепи. Только бы не коротнуло!

И бедный Вальтер был мгновенно оставлен. Я встаю с корточек и поворачиваюсь к жене.

– Мариш… – шепчу имя, а самого ведёт от её близости.

– М-м-м? – мурлычет она, притягивая к себе за концы шарфа.

– Мне ещё с Вальтером выйти нужно…

– Пусть подождёт… – выдыхает Марина.

Вальтеру и так приходится в последнее время несладко. Марина была против собаки в доме. Особенно её нервировало, когда Вальтер мог завалиться на диван, а это он ужасно любил. Отказаться от своего пса я не мог. Но теперь ему запрещено покидать пределы коридора – бедняга всегда пристёгнут.

– Он и так терпит весь день. – Я до безумия люблю жену, но и собаку жаль. – Мы быстро, и я сразу вернусь…

Марина обиженно отстраняется и складывает руки на груди.

– Лёша, я тебя совсем не вижу! А ты приходишь и первым делом идёшь гулять с собакой! Это как, нормально?

– Мариш… Да. Потому что ты с ним не гуляешь.

Единственный раз, когда Марина сказала, что вывела Вальтера на прогулку, закончился скулежом в три часа ночи, когда терпение у бедного пса закончилось. В итоге я не выспался, а Марине, надеюсь, было очень стыдно за своё враньё.

Жена фыркает и уходит в комнату. Пусть подуется. А я иду с Вальтером на улицу. Из-за постоянной работы я не заметил, как пролетело лето, и уже наступила осень. Вдыхаю холодный свежий воздух – пахнет приближающейся зимой. Невольно застываю, пытаясь зацепить кусочек осени, и возвращаюсь домой. Мою лапы Вальтеру, насыпаю ему корм и наливаю свежей воды. Цепляя опять на поводок, тяжело вздыхаю:

– Прости, дружище, – говорю псу и иду в гостиную.

Марина сидит надувшись. Пытаюсь обнять, но она уклоняется. Детский сад какой-то. Иду на кухню и начинаю завидовать псу: у него хотя бы корм есть, на котором написано вроде как мясной, а у нас в холодильнике одна еда для кроликов: пекинская капуста, салат, рукола, сельдерей и петрушка! Хоть бы морковка была, а то и кролик давно сдох бы. Нет, я без претензий. Женщина не обязана стоять возле плиты. Достаю из морозилки пакет с магазинными пельменями. Стратегический запас ещё со времён, когда мы с Вальтером ели вдвоём на кухне. Причём он всегда сидел со мной рядом.

– Как ты можешь это есть? – спрашивает Марина с брезгливостью в голосе, словно я ем человечину да ещё и в непрожаренном виде!"

"– Спокойно.