Только вот верно говорят, что слово не воробей…

Я подхожу к большому зеркалу и задираю вверх футболку, пристально разглядывая своё отражение. И ничего я не поправилась! Грудь, да, немного увеличена и реагирует на пальпацию. Но и это я могу объяснить. Спать в одиночестве – настоящая пытка, особенно, если мне снится Лёша. А он снится мне постоянно. Тут немудрено, что грудь стала такой чувствительной. За то время, что мы были вместе, я успела привыкнуть засыпать пусть не в объятиях, но рядом с любимым мужчиной. Чувствуя его дыхание и стук сердца. Я ощущала себя настоящей женщиной, нужной и желанной. А низ живота всегда отзывался приятной заполненностью. Это сейчас и душа, и тело измаялись в одиночестве.

Лёша не забывал про защиту. Если, конечно, не считать ту последнюю сумасшедшую ночь, когда мы оба были словно не в себе. Но как раз на утро у меня были кровянистые выделения, и я решила, что цикл сбился.

С горечью провожу по совершенно плоскому животу. Может, если бы во мне росла частичка любимого, то было бы не так одиноко? Только что почувствует сам Алексей, узнав об этом? Почему-то ответ на этот вопрос я тоже не хочу знать. Как не хочу ставить его перед таким выбором. Опускаю футболку. Хлопковая ткань неприятно касается груди, и внизу живота всё сжимается в комок, словно каменеет. Как спазм. Как… Гипертонус.

В ужасе распахиваю глаза, глубоко дышу, ошеломлённая неожиданным открытием, и не сразу понимаю, что в комнате звонит телефон.

– Алло? – принимаю вызов, стараясь прийти в себя.

– Надя, это Серж. У меня пропущенные звонки… Извини. Я был очень занят. Что-то случилось?

– Нет. Всё хорошо. – Облизываю пересохшие губы, совершенно забыв, что звонила ему. – Я хотела…

– Надя, очень плохая связь. Говори громче, пожалуйста.

Связь здесь ни при чём. Это голос меня не слушается.

– Вы знаете, что Марина собирается приехать к Лёше?

Я должна предупредить, чтобы её не подпускали даже близко.

– Конечно. Алексей сам отправил ей вызов.

«Алексей сам отправил ей вызов…» – отдаётся эхом.

Дальше я ничего не слышу.

– А как давно? – спрашиваю зачем-то.

– В начале недели. – Убивает ответ.

Ведь мне Алексей об этом ничего не писал. Посчитал неважным?

– Я рада… что вы… знаете… об этом.

– Всё хорошо. – Бьёт по вискам.

Всё. Хорошо.

Глава 29

От крепкого удара по моей щеке голову отводит в сторону.

– Юля! – выкрикиваю, приходя в себя. – Ты чего дерёшься?

– Ну, наконец-то! Какого чёрта ты меня так пугаешь?! Пульс есть, а реакции нет.

– Всё хорошо, – повторяю несвоим голосом.

– А ну, дай сюда! – Николаева вытаскивает из моей руки телефон и проверяет входящие звонки.

На краю сознания отмечаю, что давно нужно поставить блокировку. Только от Николаевой это не спасёт.