Ну и чего мы добились?! Хорошо, что еще хватило ума шепотом разборки наводить, в свидетелях только Вэкс да Морк, у которого сейчас вид не лучше, чем у Хаула. Словно это он, а не его друг с невестой… с женой поругался.

Жена! В этот момент до меня окончательно дошло, что сегодня произошло. Все мои требования, озвученные пару минут назад, показались мне смешными. Ну, какой ""с родителями познакомишь"", ""предложения сделаешь"", если мы уже женаты. Поджав губы, я почувствовала себя обделенной. Я все понимаю, он хотел защитить, хотел, как лучше. Но я всегда мечтала о белоснежном платье, чтобы красивый первый танец, двухэтажный торт.

Торжество и поздравления. А теперь у меня уже никогда этого не будет."

"Зато есть мужчина, наверное, самый лучший в этом мире. Тяжело вздохнув, я смирилась с тем, что красивой невестой мне не быть. Ну и пусть. Не будет платья, торжества и танцев. Зато будет любимый муж.

— Руку на место положил, — тихо, чтобы никто не слышал, прошептала я Хаулу, — в комнате поговорим, и все мне расскажешь.

Храмовник растерянно на меня глянул, но руку мне на талию вернул. А потом стиснул так, что ребра хрустнули и улыбался он при этом так мило и подкупающе, что закралась мне в голову черная мысль.

— Ты меня разыграл, да, — пробурчала обижено я, — вызвал жалость?

Он молчал и продолжал улыбаться.

— Отвечай? — прошипела я тихонечко.

— Не могу, единственная моя, ты запретила мне лгать, — Хаул склонился и нежно поцеловал меня в висок. — К тому же ссориться с женой дело неблагодарное.

— Мальчишка, — выдохнула я, — не смей так делать больше.

— А ты не смей говорить, что не хочешь меня любить. Что скажешь мне ""нет"". И что женой моей быть не желаешь.

Нормально. Вот гад милый. Отвернувшись, я натолкнулась на полный ненависти взгляд двух седовласых мужчин. Видела я их мельком раньше, но знакома не была. На их искаженных злобой лицах сквозило столько омерзения и все это явно в мой адрес. Высокомерно задрав голову, послала ответный взгляд. Не проняло!

— Вы что-то хотели сказать моей жене, профессор Ганусс? Или может вы, учитель Фикас? — ледяным тоном, громко на всю аудиторию поинтересовался Хаул.

Мужчины моргнули и, мельком посмотрев в сторону храмовника, быстро отвернулись.

Услышав такие имена, я фыркнула.

Как они им подходят. А вообще, после этого маленького инцидента, я поняла, что быть Ириной ДартФао в таком змеином окружении не так уж и плохо.

Все-таки прав Хаул. Если на мгновение забыть о своих детских мечтах о пышных нарядах и вальсе, который я специально учила, будучи подростком, чтобы на собственной свадьбе не оплошать, то выходит, что все не так уж и печально.

Чего от себя скрывать: не безразличен мне мой храмовник. Еще никогда глядя на мужчину, я не ощущала, как сердце устремляется вскачь.