По крайней мере, боль отодвинула эмоции на задний план, заставив хоть чуть-чуть соображать. И если б раньше, еще какой-то месяц назад Лёха бы просто орал и матерился, обещая убить этого гада, выпытывая у соседки подробности, то теперь он, что называется, зрил в корень. И потому задал один единственный вопрос. – Сил, денег и связей, у него, я  так понимаю, для этого хватит?

- Да.

Ответ прозвучал, как приговор.

Шут снова приложился затылком об стену. А затем, вытянув ногу, достал из кармана джинсов пачку сигарет с зажигалкой. Закурив прямо в комнате, чего обычно не делал, парень выдохнул дым и предположил вслух, не сумев вовремя заткнуться:

- Колян, его батя, владелец «Анромеды»… Кто, Риш? Кто это сделал?

- Не надо, - послышался негромкий шепот с кровати. – Лёш, не спрашивай меня, пожалуйста…

- А что мне делать, Риш? – вернув голову в прежнее положение, почти спокойно спросил ее сосед. Но рука явно дрогнула, на чистый пол слетела кучка пепла, на что никто не обратил ни малейшего внимания. – Что ты предлагаешь мне делать сейчас? Оставить всё, как есть? Забыть? Забить? Что, Риш?!

Вместо ответа девушка уткнулась лицом в подушку. Плечи ее заметно вздрагивали, означая только одно.

Ругнувшись, Алексей торопливо поднялся. Затушив бычок прямо в горшке фиалки на подоконнике, он осторожно опустился на край кровати, гладя подругу детства по спутанным волосам:

- Прости меня, Ришка. Просто… я сам не свой, понимаешь? Я не могу видеть тебя такой. И оставить всё как есть, тоже не могу! Тем более не могу скрывать случившееся от Михи, после всего, что он для меня сделал. Как я ему после этого в глаза смотреть буду?"

"- Я понимаю, Лёш, - с заметным трудом повернувшись, прошептала Арина. И сглотнув, с трудом произнесла. – Но… что буду делать я, если с ним что-нибудь случиться? Из-за меня? Как я себя буду чувствовать? Как смотреть в глаза остальным? Я...

Риш замолчала, не в силах справится с эмоциями. Шут тихо выругался и, спустившись на пол, встал на колени, беря дрожащие ладони соседки в свои руки, легонько их сжимая.

Он-то прекрасно понимал, о чём она думала сейчас.

Во-первых, его подруга детства отчаянно боялась за Лександрыча. Ну да, уже успела влюбиться до чёртиков, об этом-то уж точно можно даже не спрашивать! И да, не безосновательно она за него переживала, надо сказать… Что творила иногда золотая молодежь, Лёха знал уже не понаслышке, а что уж могли иной раз вытворить их куда опытные и богатенькие предки, наделенные еще и властью…

Сколько уже трупов валяется на дне местной реки и где-нибудь в лесочке за городом? Тут и к Харон за статистикой ходить не надо, итак всё понятно без калькулятора и официальных данных!

Во-вторых, Арина боялась и за него, за Шута. Как за единственного друга, близкого человека и почти что брата.