Ренессанс
Обложка книги «Ренессанс»

Ренессанс

Фрэнсис Кель

0/10

Ренессанс — это историческая мелодrama, где каждый шаг именит своей уникальной драмой. Сотни поколений сюжеты сплетаются в один большой клубок вокруг одного человека – императора Париса Бёрко. Его предки тщательно прячут свои достижения, не желая отвлекать внимание от великого генеалогического парадигмы. Всё это создает атмосферу загадочности и сакральности, заставляя читателя буквально каждый раз задумываться о своих предках и месте в истории.

О книге

Вся жизнь Готье была ложью, с которой он теперь не собирается мириться. Джером больше не согласен оставаться в тени и плыть по течению. И только Скэриэл по-прежнему хладнокровно преследует свои цели, идет по головам, сметая все на своем пути. Чистокровным, полукровкам и низшим стало слишком тесно в Октавии. Грядут большие перемены. Грядет Ренессанс.Сословное общество с четким разделением на три касты, где у низших нет никаких прав, – глазами юного члена привилегированного сословия. Роман полон культурных отсылок.Двухуровневое повествование, ведущееся от лица двух героев, ни один из которых не знает всей правды о таинственном и обаятельном Скэриэле Лоу.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

– Почему мы не могли поехать на такси до нужного нам места? – шёпотом спросил я, когда машина завелась.

– Если указать в приложении закрытые заводы, то ни один таксист туда не поедет. Плохая репутация. – И непринуждённо добавил: – Раньше там убивали людей, но сейчас ничего такого нет.

– Звучит стрёмно.

– В Запретных землях всё стрёмно. Это в порядке вещей.

Остановились мы в самом заброшенном месте, какое мне только доводилось видеть. С одной стороны шумела река, с другой стояли покорёженные здания, плотно прижатые друг к другу. Чувствовался неприятный запах. Я даже боялся вдохнуть полной грудью, чтобы не задохнуться.

– Смотри не упади, – предупредил Скэриэл, указав на воду. – Тут сильное течение. Легко свалиться и утонуть.

– Я умею плавать.

– Этой реке плевать на твои способности. Она унесёт всё, что сумела заполучить. – Скэриэл ухмыльнулся. – Ну, как тебе вид?

– Что это?

– Заброшенные заводы и фабрики. Раньше здесь работали, а теперь посмотри. За шестнадцать лет эти стены видели только наркоманов, преступников в бегах, отбитые на всю голову уличные банды. Таких мест у нас полно.

Скэриэл двинулся первым, обернулся и подмигнул.

– Тут живёт дикая свора собак, но их можно отпугнуть тёмной материей.

– Спасибо, успокоил.

Я последовал за ним, осторожно перешагивая мусор, кирпичи, камни и грязь. С каждым шагом вонь становилась всё более невыносимой. Мы подошли к первому заброшенному зданию. Уродливая постройка с разбитыми окнами и сломанными, скрипящими дверьми встретила нас глухим гулом. Ветер задувал в каждую щель, и от этого воя меня охватывал дикий страх. Здание словно кричало от боли.

– Так всегда бывает зимой, – объяснил Скэриэл."

"И тут я услышал громкий хлопок – выстрел? Напуганные птицы с криком вспорхнули в небо. Вдалеке донёсся собачий вой: низкий, протяжный, не предвещающий ничего хорошего.

– А вот это уже проблема, – хмуро бросил он.

– Что это?

Раздался ещё один хлопок откуда-то из глубины двора, где теснились старые приземистые дома, больше похожие на сараи.

– Мы тут не одни. Нужно уходить. – Скэриэл схватил меня за локоть. – Уходим, Готи.

Точно выстрелы.

– Кому-то нужно помочь. Вдруг человек умирает?

– Это слишком опасно. Я не позволю тебе…

И тут раздались низкий смех и крики.

– Чёрт, – выругался Скэриэл себе под нос.

XXXV

– Да всё путём, – расплывчато ответил я, вскользь наблюдая за тем, как Вэл неодобрительно смотрит на меня поверх толстых очков.

У неё дальнозоркость, она часто щурилась, но надевала очки только в крайнем случае. Зрение её стабильно подводило, пока полгода назад я не сказал, что пора задуматься об очках. Она сначала восприняла моё предложение с неприязнью, но вскоре решилась на покупку.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Ваша оценка книге (ставится вместе с отзывом)
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив