Вокруг них постоянно крутится народ, и эти парни уж точно не страдают от недостатка внимания.

Правда, пару дней назад Антон Пеплов предпринял вялую попытку со мной заговорить. Как ни в чем не бывало подсел ко мне на перемене, обдавая запахом сигарет и древесного парфюма. Но стоило ему открыть рот, как я тут же дала деру. Пускай это смотрелось в высшей степени глупо, но инстинкт самосохранения подсказывал, что нужно во что бы то ни стало держаться подальше от этого мрачного типа.

Вскоре я узнаю, что Денис встречается с девушкой по имени Вика Колесникова. Она учится на нашем потоке и выглядит просто сногсшибательно.

Густые светлые волосы, длинные ноги, идеальная улыбка и чувственные губы - Вика напоминает мне актрису или модель, сошедшую с обложки глянцевого журнала. У нее целая куча  подруг, таких же самоуверенных и красивых, как она, и они ходят по универу с видом повелительниц этого мира.

Белкина называет их ""губошлепками"" и ржет над их манерой забавно надувать губы. Иногда она делает это прямо при них, и тогда девушки метают в мою подругу гневные взгляды. Но Ксюшке на это плевать, она вообще особо не заморачивается по поводу того, кто что подумает, и учит этому здоровому пофигизму меня.

- Какое нам дело до этих куриц, да, Ритон?  - смеется Белкина. - Мы тоже можем вышагивать, как по подиуму.

С этими словами подруга втягивает щеки, напускает на себя презрительный вид и дефилирует, комично пародируя Колесникову и ее подруг.

- Только вся фишка в том, что тем, у кого есть мозги, это все не нужно, - поучительным тоном завершает свою мысль она. - Сила не в тюнингованном фейсе.

- А в чем сила, Ксюш? - улыбаюсь я.

- В юморе, Ритон. И в любви, - философствует она.

- Только любовь и юмор способны сделать жизнь человека по-настоящему классной.

Однако я не могу не признать, что Вика очень подходит Денису, и вместе они смотрятся потрясающе. Вот только, глядя на них, умиляться гармоничному виду их пары у меня совсем не выходит.

Раньше никогда не замечала за собой подобного, но, оказывается, я тоже умею ненавидеть. Нет, не то чтобы я готова придушить Дениса или расстрелять Вику, но картинки их мучительной смерти все же нет-нет да всплывают в моем сознании.

Например, когда я вижу их целующимися в коридоре, я невольно представляю, как потолок над ними рушится и гигантский булыжник летит прямо им на головы.

Или как я невзначай ставлю Колесниковой подножку, и она кубарем летит с лестницы.

У себя в воображении я гораздо более смелая и дерзкая, чем в реальности. В моих фантазиях Денис часто признается мне в любви, а я, гордо вскинув голову, отвечаю, что его поезд уже ушел и вообще мне он неинтересен. Денис расстраивается, даже плачет, а я чувствую мрачное удовлетворение.

Но одно дело фантазии, и совсем другое - явь.