Не исключаю того, что первая волна криков пришлась на них, но они… выстояли и не сбежали. Остались меня поддержать.

Братец делает вид, что ему плевать, но не сводит взгляда с Матвея, что-то явно вычисляя.

Дату его рождения? Срок, когда я его зачала? Боюсь, когда он поймёт, то будет в шоке. Ведь у меня всего два раза была близость с мужчиной. В первый раз с неизвестным мужчиной, а второй раз со сводным братцем. Но Матвей не его сын. Мы предохранялись.

Папа смотрит на меня задумчиво-недовольно, а Дана просто задумчиво.

– Прежде чем мы начнём, – заговариваю я. – Хочу вам представить своего сына официально. Матвей Олегович Лапин, – разворачиваю сына лицом ко всем.

Малыш смотрит на всех нахмурено, как и всегда, но найдя взглядом Рустама, начинает хохотать. Хотя тот даже мордочку ему не корчит. Просто смотрит и подмигивает.

Ревность во мне тихо стучит по голове.

– Матвей, значит, – подаёт голос папа. – А ну, дай мне его сюда!

Вместе с сыном подхожу к папе и отдаю ему внука, отмечая, что тот пошёл в руки дедушки без капризов и истерик. С интересом разглядывает нового для себя человека и тянет руки к бороде папы.

Грозится вырвать несколько волосков на память.

– И чей же ты, Матвей? – спрашивает его, а взгляд поднимает на меня. Тяжёлый, недовольный, злой. – А, доченька, откуда в нашей семье ещё один Лапин?

– Я его родила, – опускаю взгляд, чувствуя себя виноватой. – Сама. Во Франции.

– Ну, ясно, что не подкинули, – отвечает мне отец и передаёт Матвея Дане, которая нежно и мягко принимает малыша.

Со вздохом встаёт с дивана, давая понять, что дело плохо. Скрещивает руки за спиной и принимается ходить взад-вперёд.

– Сколько ему? – начинает допрос отец.

– Полгода.

– Полгода?! И ты молчала всё это время? Алиса!

– Я боялась тебе сказать! Ты же… Ты же меня убьёшь!

– Убью! Воскрешу и ещё раз убью!

– Пап, – подхожу к нему и дотрагиваюсь до его плеча. – Ты всегда хотел, чтобы я вначале отучилась, а потом семью заводила. А я… Я забеременела. Не оправдала твоих надежд и амбиций. Поэтому я молчала. Стыдно было! Не хотела становиться ужасной дочерью в твоих глазах. Оттягивала момент своего падения как можно дольше. Понимаю, что поступила ужасно! Я раскаиваюсь и признаю свою вину.

– Потому что образование для тебя, моей наследницы, должно быть превыше всего! – кричит папа, пригвоздив меня взглядом к полу. – Кому я бизнес свой передам? Необразованной мамашке, которая по самую макушку в грязных подгузниках? Ты себе жизнь покалечила этой беременностью! Чего ты добьёшься с ребёнком на руках? А? Чего?!

– Всего добьюсь! – кричу ему в ответ. – Потому что теперь мне есть ради кого бороться и как лошадь пахать! Ради Матвея я готова ночами не спать! Работать, чтобы у него всё было!

– Правда? – театрально удивляется.