Понимала, что не смогу вынести вновь той боли, которой я и так наполнена до краёв. В ней можно захлебнуться. Не знаю, как я ещё жива после всего того, что мне пришлось перенести.

— Я всё равно ничего не понимаю. Как я могла забеременеть, если все семь лет попыток с Димой у нас ничего не получалось? — понимаю, что врачу нет смысла задавать такой вопрос, но я всё равно задаю. Просто в голове эта новость не укладывается.

— Такое бывает, — подтверждает Нина Семёновна. — А вы уверены, что именно вы бесплодны? — задаёт женщина вопрос. — Вы ничего такого не подумайте. Просто такое бывает, что говорят, что женщина бесплодна, а потом выясняется, что она совершенно здорова, а её муж не может иметь детей. Бывает и что просто партнёры не подходят друг другу. Не совместимы. И из-за этого девушка не может забеременеть. Это я вам говорю, как женщина, — я киваю.

Не могу поверить, я действительно беременна. Последние слова врача наталкивают меня на мысль, что если так окажется, что я беременна, то отец ребёнка не Дима, а Ян. Ведь именно у меня с ним была близость чуть больше четырёх недель назад. Последняя. Мамаев ко мне не прикасался. Мне было отвратительно.

Чёрт! Я беременна от мужа сестры.

Нет. Нет. Нет. Этого просто не может быть. Это какой-то рок, судьба. Я беременна. И вновь от Яна. Судьба просто смеётся надо мной.

Не помню, что говорила женщина, что записывала на листке бумаги. В голове крутились мысли одна за другой. Словно по кругу я прокручиваю их, не веря в то, что во мне зародилась жизнь. Что я не бесплодна, не бракованная, как выплеснул на меня свой яд Дима, а полноценная женщина, которая может иметь детей. По крайней мере, это подтверждает анализ крови, но я просто обязана пойти на обследование, чтобы в этом на все сто процентов убедиться.

Выдыхаю только тогда, когда выхожу из кабинета Нины Семёновны, держа в руках направление на УЗИ. Не медля ни секунды, направляюсь в кабинет, чтобы прямо сейчас убедиться в том, что я жду ребёнка. И УЗИ это подтверждает. Четыре недели. Боже мой… Та самая близость четыре недели назад, когда я сгорала в объятиях Яна Бергера. И именно после неё я забеременела. В этом нет никаких сомнений. С Мамаевым у нас давно не было близости. Вновь я беременна от человека, с которым не могу, не имею права быть рядом.

Он чужой. Не мой. Не родной. Все чувства, отношения между нами запрещены. Табу.

Но человечек внутри меня ни в чём не виноват. Он мой маленький комочек, чудо, которое я заслужила, пускай и путём измены с мужем сестры.

Рука ложится на ещё совсем плоский животик, в котором я теперь ношу дитя. Моё. Оно только моё и ничьё больше. Мой маленький комочек счастья, который я уже люблю всем сердцем. Который буду ограждать от всего плохого.

Слёзы счастья текут по щекам.