"Ребенок от мужа сестры

Франц Анастасия

Глава 1

Тея

Земля уходит из-под ног от той картины, что предстаёт перед глазами, превращая все мои чувства в руины, оставляя от них лишь пепел, который разлетится по ветру. Пытаюсь сделать вдох, но лёгкие перекрыты, и нет больше доступа кислороду.

Сердце на куски и всё горит огнём.

По щекам бегут слёзы, которые замечаю не сразу, а только когда пальцы правой руки дотрагиваются до кожи, оставляя на ней болезненный ожог.

За что…? Задаюсь вопросом, но не понимаю. Этого человека я любила. И здесь совершенно не оговорка. В эту самую секунду все мои чувства к любимому мужчине превратились в ничто. Так резко и бесповоротно. Безвозвратно.

Мой муж, которого я любила, которому три года назад клялась в любви и верности до конца жизни, сейчас изменяет мне в нашей квартире. На нашей кровати. На простынях, на которых ещё утром я нежилась в этих объятиях, — и сейчас эти руки вцепились в бёдра другой женщины, совершая недвусмысленные движения.

К горлу подступила тошнота. Прикрываю рот, чтобы меня не вырвало на белоснежный мягкий ковёр. Хочется закричать во весь голос, чтобы сорвать связки до хрипоты. До невозможности говорить. Закрыть глаза. Уши. Не слышать девичьи стоны, не видеть, как тонкая талия выгибается, подстраиваясь под движения моего мужа.

Но я только стою и смотрю. Они не замечают, увлечённые процессом. Хочется уйти, сбежать, но я всегда смотрела боли в лицо, не позволяя ей победить. Так и сейчас — у неё нет ни единого шанса на победу. Я не дам ей превзойти надо мной, ставя меня на колени. По крайней мере, сейчас. В эту самую минуту. Перед мужчиной, которого любила, и который, как я думала, любит меня.

Но как же горько я ошиблась, вновь раздирая кожу в кровь.

В голове проскальзывает мысль: а вдруг это ошибка, и сейчас я закрою глаза, а когда распахну, всё это исчезнет, и окажется, что любимый мужчина ждёт меня дома один. Но ничего не помогает, я по-прежнему вижу всё ту же картину, от которой мне по-прежнему плохо.

Даже незаметно пытаюсь ущипнуть себя за руку, но всё тщетно. Это не мираж. Это не сфабрикованная ситуация, как это было у Ады с Матвеем. Это всё по-настоящему. И этому есть свидетели — мои глаза.

Их никогда не обманешь, хоть и иногда они видят не то, что есть на самом деле. Только не в этой ситуации.

Ладонями стираю слёзы. Делаю глубокий вдох-выдох, прикрыв на короткий миг глаза. Подношу к косяку двери костяшки пальцев и пару раз стучу, разнося по комнате звук соприкосновения с твёрдой поверхностью, да такой громкий, что парочка, занимающаяся увлекательным делом, замирает.

Синхронно оба поворачивают в мою сторону головы, замирая.

— Тук-тук, не помешала? — говорю спокойно, не выдавая ни малейших своих чувства человеку, которые он же и растоптал.