– Ну, так что? Едем в будущее или вернёшься в настоящее с видом на кладбище?

Лина кивнула, промокнув салфеткой пузыри в уголке губ сына. Сердце сжалось от прилива щемящей нежности. Душу раздирало переживанием за маленького человечка.

Умрёт она и что ждёт его? Новой жене ребёнок Славы не будет нужен. Таня права, как и все, кто много раз уговаривал сбежать от тирана мужа.

Она решительно проговорила:

– В будущее!– хотя поджилки тряслись от страха.

Таня вырулила на просёлочную дорогу к деревне «Зарядное». Под колёсами шуршала галька. В голову лезли разные мысли. Слава не дурак и станет подозревать её. Может приехать к ней в дом лично или послать людей. Надо вернуться до ночи.

– Только не нассы на кресло до станции. Хватит бояться!– Она подмигнула, говоря чистую правду: – Я сама боюсь.

Лина с руками укуталась в плащ. Она мёрзла в жару. Привыкнув к бешеному ритму заледеневшего сердца.

– Останови там, где будут продавать молоко. Поедим и зарядимся бодростью.

– Взбодримся, как сядете в поезд. Мне надо успеть в город до темноты."

"Лина кусала губы, борясь с желанием закричать: «Поворачивай!»

– Я забыла взять еду для Тёмика. Не знала, за что хвататься. В первый раз убегаю от мужа, – усмехнулась она.

– И дай бог, чтоб последний. Больше за такого козла не вздумай идти!

Лина нервно хохотнула, представив себя на коленях давящуюся членом в разбитых губах под хриплые требования насильника: «Глубже. Глубже. Сука, расслабь горло!»

Он насаживал её на член двумя руками, вцепившись в голову. «Кормил» как любил говорить. Солёная сперма жгла раненый рот. Она никогда не сможет забыть «вкус» мужа.

В каждом глотке напитков или кусочке любого блюда всегда его чувствует. Подсознание странная штука. Но рассказать об этом стыдно даже лучшей подруге. Она подавила рвотный позыв.

– Мне бы от этого избавиться. Какая тут еда.

– Сходите в вагон ресторан. Я же сказала, что денег подкину. И в киосках на вокзале вкусняшки возьмём.

Времени что-то купить не оставалось. Посадка в поезд заканчивалась. Запоздавшие пассажиры с шумом втискивались в вагоны.

Таня уговаривала проводницу посадить мать с сыном в вагон без билетов.

– Вы же тоже женщина и у вас есть дети.

Та отводила взгляд, отвечая бесстрастным голосом:

– Есть, поэтому дорожу работой.

– Лина, покажи!– Таня заставила подругу закатать рукав платья.

Блондинка лет сорока с сочувствием посмотрела на кровоподтёки на худой руке взлохмаченной, красивой женщины.

– Мне очень вас жаль, но любая проверка, а я везу безбилетников!

Лина не замечала, что по щекам текут слёзы.

– Я не могу вернуться, он убьёт меня…

– Обратитесь в полицию.

Лина всхлипнула. Как будто она не делала этого. На десятой попытки справиться с мужем с помощью органов, прекратила бесполезное дело.