Он не сводил глаз, следя за каждым её движением.

Лина чувствовала себя рыбкой за стеклом аквариума. Душу распирали противоречивые чувства.

– Да кто вы? – Хотелось спросить напрямую: «Сатана, решивший затащить в преисподнюю запретных чувств или Дьявол, вышедший на охоту по её душу?»

– Давай сразу договоримся о «ты», если нас двое.

– Какие двое? – Она продолжила попытку вырваться из захвата.– Я не собираюсь тут оставаться! Ищите себе другую дуру!

– Мне хватит одной, потерявшей память, – босс расцепил руки. – Ты принята!

Лина стукнула каблуками о пол, обретая устойчивость в дрожащих ногах.

Она сипло протестовала:

– Ни за что!

Уголки рельефных губ приподнялись вверх.

– Ни за что «что»? – чёрные глаза хитро блестели.

Лина громко топнула, пока не готовая спорить словами.

– Не стану на вас работать!

Он процедил, грозно нахмурившись:

– На «тебя» и станешь!

– С чего это?

– Кто кроме меня предложит тебе зарплату в двести тысяч? Откажешься, сделаю всё, чтобы даже уборщицей не смогла никуда устроиться!

Лина растерянно смотрела на самоуверенного красавца, не понимая, что плохого успела ему сделать.

– За что?

– За мои нервы! – Он отошёл на пару шагов, присев задницей на длинный стол в центре кабинета.– Когда-то ты знатно мне их помотала.

Мощные ноги, обтянутые брюками. Руки с мышцами, чуть не рвущими рукава. Среди мальчишек, что признавались в любви, вроде спортсменов не было.

Тимур ухмылялся, наблюдая её неудачные потуги прогуляться в памяти по прошлому.

– Должен сказать спасибо, – продолжал он добивать, мешая сосредоточиться. – Чтоб утереть тебе нос, я стал тем, кто есть!– он рассмеялся. – Как видишь, даже стихами заговорил. Но за тобой не угнаться. Пока я экстерном закачивал МГУ, ты так же экстерном рванула замуж.

Он говорил это так, будто она обещала его дождаться.

– Да кто ты?

Он отвечал совершенно безапелляционно:

– Твоя судьба!

Она вытаращила глаза, начиная понимать намёки самоуверенного сучары.

– Таня сказала, что приезжал какой-то москвич, раньше влюблённый в меня. На встречу выпускников старше нас на 4 года. Ты тот самый шишка?

Он ухмылялся, склонив голову набок.

– Бинго! Мы даже успели с тобой столкнуться, – Тимур развёл руками. – Но ты, как всегда меня не заметила.

– Когда? – она перебирала в памяти последние дни в родном городе. Брюнета в них не было.

– Чуть не сбил тебя на светофоре, – улыбаясь, подсказывал он, явно наслаждаясь её смущением.– Ты та курица, что переходила перекрёсток на жёлтый!

– Ты тот козёл, что не стоял, а ехал на его свет? Водитель «Порше», что сигналил мне, как сумасшедший?

Он улыбнулся обезоруживающей улыбкой счастливого ребёнка, с ямочкой на левой щеке.

– Я почувствовал сердцем, что это ты!– в словах сквозило обожание, а вовсе не раздражение.