И за свою подлость он ненавидит тебя, – только после всех манипуляций ответил он мне.

– Зачем нужно было делать это так отвратительно? Что я ему сделала? – уже тише спросила я, кутаясь в куртку.

Хотелось тепла.

– Ты не стала просить его остаться. Не стала бороться за него, – усмехнулся Яр и пожал плечами.

– Я просто ушла, – продолжила я его мысль."

"– И он считает, что ты бросила его, – Ярослав взял мои вновь озябшие пальцы в ладонь и поднёс их к своему дыханию.

Согревая.

– Смысл бороться за внимание и любовь взрослого человека? Если он решил, что не любит, и я не нужна, так пусть плывёт. К нужной и любимой! Если начал действия, то это значит, что он принял решение, – я действительно не вижу смысла в этой борьбе за любовь.

Любовь нужно строить, а не бороться. За неё или с ней…

– Так это со взрослыми. Влад хотел, как ребёнок, чтобы его умоляли и уговаривали. Просили. Он не терпит сильной и равной женщины рядом. Ему нужно чувствовать себя сильнее и умнее, – усмехнулся Ярослав.

Автомобиль мягко тронулся с места, постепенно разгоняясь и вписываясь в поток машин. Никому не мешая, и в то же время не уступая своей позиции. Уверенно. Плавно.

– Почему нельзя было поговорить как два нормальных человека? Зачем это противостояние? – заговорила я некоторое время спустя, невольно сравнивая манеру вождения Ярослава с дёрганой и рваной манерой езды своего бывшего. Владиславу и на дороге все были должны… Пропускать, уступать.

– Он ждал, что ты придёшь к нему просить. А сейчас уже поздно договариваться. – ответил Ярослав, перестраиваясь в другой ряд. – И не упускай из внимания, что Влад явно под воздействием каких-то препаратов. Вот и поднимает муть со дна души.

– Почему со мной он такой подлец, а, расставаясь ранее с Ириной, он был порядочен? Неужели только оттого, что она позволяла ему чувствовать себя рядом с ней главным и решающим? Что за лабильность принципов? С этой я порядочен, а с этой нет! И если бы у него не было ко мне этих всех чувств, то никакие пилюли их бы не сгенерировали! И не отвечай! Это у меня так, мысли вслух! – я положила ладонь сверху на пальцы Ярослава, лежащие на рычаге переключения скоростей.

– Как я попала в такую заварушку? – чуть было не сорвалось у меня с языка, но я сдержалась.

Как, как. Сама своими руками влезла в шкуру мамочки Славика…

– Спасибо, что дал мне ответить самой. Что поддержал меня, но позволил с ним разобраться, – вместо этого, немного помолчав, сказала я Ярославу.

В ответ он молча поцеловал мои пальцы, удерживая их чуть дольше обычного.

Мы ехали вдоль по третьему транспортному кольцу мимо высоток Москва-сити. Стеклянные поверхности футуристических башен отражали огни вечернего города, тут и там добавляя в этот калейдоскоп свой свет.