— Это он мне воткнул иглу в шею и попросил вас набрать!

Последовала небольшая пауза.

— Савелий Анатольевич, это я, — вставил я хмуро. — Собираюсь забрать у Айзатова свою женщину.

— Вот как? — И Краморов хмыкнул. — И каков твой план?

— Яд, естественно.

— Дай догадаюсь. Мне вы звоните, чтобы Айзатов понял, что противоядия у меня нет, — поинтересовался Краморов.

— Само собой, — усмехнулся я. — Мне нужна страховка, что в меня тут снайпер не выстрелит через окошко, к примеру."

"— У меня для тебя плохие новости, Слава, — вдохнул Краморов. — Верес Олегович пока что непревзойденный токсиколог. Советую сотрудничать, если хочешь жить. Мы пытались, но ты нам все испортил...

Кожа Айзатова под пальцами взмокла. Да, сейчас он не понимал, что уже не имел никакого права на Надю. Но Краморов знал это хорошо. Кем бы Айзатов не был в этом мире, в моем он — всего лишь кандидат на смерть от моей руки. Как я буду его при этом убивать — никого не касается.

— Вы там что, все психопаты? — сдавленно просипел он.

— Тебе под стать, — огрызнулся я, напоминая ему про поршень, которым я управляю его жизнью. — А теперь, чтобы не держать тебя на стальном поводке…

И я одним резким движением впрыснул содержимое шприца полностью. Айзатов взревел от боли, а я сжал его за горло сильней:

— … Противоядие тебе понадобится в течение двух часов. Успеешь мне Надю привезти?

Ему потребовалась пару минут, чтобы продышаться. И я хорошо знал, что именно он сейчас испытывает — боль и дикий страх. В первый раз это вообще едва переносимо. Я испытывал это не единожды в своем заключении.

— Володя! — просипел Айзатов, наконец, — быстро за моей женой!

Мой парламентер бросился к выходу из кабинета.

— Остальные — вон отсюда! — рявкнул я и швырнул Айзатова лицом в стол.

Он перевернулся и уставился в потолок, сжимая руку на груди.

— Если… если ты… меня убьешь…

— Побереги силы, — холодно оборвал его я. — И не ной.

44

— Я… я не могу дышать, — сдавленно прохрипел он.

— Дыши медленно, неглубоко, — посоветовал я холодно, положив пальцы на его шею. — Это просто паника, Айзатов.

— Ты же не оставишь меня в живых…

— Я не убийца, — спокойно возразил я, поглядывая в окно. — Если сделаешь всё, как я прошу — останешься жить. Мне твой труп в послужном даром не дался.

Айзатов всё же постарался последовать моим советам и выровнять дыхание.

— Где мне взять противоядие?

— Я всё расскажу. — И с губ сорвался горький смешок. — Не бойся. Эта формула испытана на мне десятки раз.

— Сам на себе? — скосил он на меня глаза, повернув голову в бок.

— Нет, конечно, — усмехнулся я и отвел взгляд в окно. — Боль в груди сейчас пройдет. Ноги немеют?

— Да.

— И это тоже пройдет.

Он покачал головой, стиснув зубы.

— Чувствуешь себя победителем сейчас… — процедил, снова начиная задыхаться.