Пусть это не мой мир, но про себя я молилась, чтобы никто не пострадал. Насколько знала Лильен, музей работал до позднего вечера и закрывался только на ночь.

Я двинулась было по дорожке, но тут по лицу скользнул золотой луч, словно солнце на миг выглянуло из-за горизонта. Меня пробил холодный пот, на миг сознание вернулось в день аварии. Вода вокруг, тьма ловушки тонущей машины и солнечный свет, указывающий мне путь к спасению. Вот только тогда тоже был поздний вечер. Свет просто исчез, стоило мне вынырнуть на поверхность реки. Было темно, холодно и страшно. Я звала родителей, но они не выбрались.

Свет вывел из ловушки только меня.

Поморщившись, я опустила голову. Взгляд зацепился за серебряную цепочку, выглядывающую из-за фигурного куста. Я нагнулась, потянула её к себе. Медальон зацепился за серый камень, вырезанный в виде кисти руки. Осколок статуи. Видимо, его пропустили при уборке. Высвободив цепочку из цепких каменных пальцев, я присмотрелась к медальону. На деревянной бляшке был вырезан крест Трёхликого, больше напоминающий перевёрнутый символ мира. Между его разветвлениями расположились изображения магического шара, кубка и зеркала.

Они отражали три лика бога: чародея, знахаря и прорицателя.

Лильен не была набожной, отец в детстве рассказывал ей о временах язычества, поддерживал в ней любовь к истории, но те воспоминания давно стёрлись. А к Трёхликому она относилась даже с ненавистью, потому что мачеха заставляла её посещать важные службы. Лильен не понимала, зачем, да и я тоже. Видимо, в отместку за внесение изменений в завещание.

— Странно, — пробормотала я, продолжая крутить медальон в руке.

Может, кто-то из прислуги уронил? Точно не драконы, они поклоняются другим богам.

Кстати, каким?

Я решила отнести медальон в часовню. Заодно прогуляться в южную часть территории особняка и осмотреться. Надо же наметить план возможного побега. Вдруг придётся, как в фильмах, нестись прочь босиком в темноту леса. Не хотелось бы, но с драконами и не такое возможно.

Выложенная серым камнем дорога привела меня к невысокому зданию, будто созданному из четырёх арок, каждую из которых по центру украшал цветной витраж. Окна изображали один из ликов местного бога, а на всю длину двери растянулся тройной крест.

Внутри часовни ожидал стоящий в центре небольшого помещения алтарь в виде золотой чаши. Потолки украшали искусные картины, изображавшие пришествие трёхликого мужчины, в ногах которого лежат короли, изображая боголепное поклонение."

"Стоило переступить порог, как сознание охватило ощущение неправильности места. Мне почти мгновенно стало не по себе. Я спешно прошла к алтарю, положила на край чаши свою находку и собиралась было уходить, когда до слуха донёсся неприятный скрежет.